Расширенная реальность петербургских музеев

приложение
Фото © rusmuseum.ru

Министерство культуры РФ на базе Русского музея презентовало приложение Artefact. Разработка позволяет всем российским хранилищам самостоятельно загружать в него контент, который будет преобразован в формат дополненной реальности (augmented reality или AR). Приложение, которое уже появилось в открытом доступе, позволит пользователям получить дополнительную информацию об экспонатах. Для этого достаточно будет навести смартфон на арт-объект.

Посетители современных музейных площадок привыкли к тому, что в хранилищах сегодня читают лекции и показывают фильмы, а не только выставляют императорские сервизы и шедевры голландской живописи эпохи Возрождения. «Форпост» связался с несколькими экспертами музейного дела, чтобы выяснить, как они относятся к инновациям.

«Теперь музеи больше открыты публике, в них значительно выросло количество интерактивных событий. Сегодня там не только открываются выставки, но ещё всегда есть какие-то показы, перфомансы. Очень важна тенденция движения музея навстречу человеку, это наблюдается не только в больших государственных музеях, но и в тех, что стоят несколько в стороне», - поделилась мнением профессор СПбГУ, доцент кафедры междисциплинарных исследований и практик в области искусств Олеся Туркина.

Открытость музеев, о которой говорит искусствовед, легко проверяется его представленностью в мировой сети. Например, директор Эрмитажа ежегодно проводит прямую линию в одной из социальных сетей, где отвечает на вопросы пользователей.

Интерактивные технологии для просветительских целей использует Русский музей, ещё в 2003 году он начал работу над программой «Виртуальный филиал». В отдалённых уголках страны и за её пределами музей на базе школ, вузов и учреждений дополнительного образования открывает свои электронные филиалы. В медиатеке проекта представлено более 400 мультимедийных программ и фильмов Русского музея.

русский музей
Фото © vk.com / Русский музей

«Кроме традиционных плюсов современных технологий, отмечу то, что они позволяют показать что-то прежде недоступное людям с ограниченными возможностями. Мы в Выборгском замке в этом году у себя во дворе создали большой купол, где была сделана 3D-панорама, повторяющая тот обзор, что можно увидеть, если подняться на башню замка. Это довольно сложная технология. Могу сказать, что опыт удался. Многие колясочники, которые пока что физически не могут подняться наверх, поблагодарили нас за то, что смогли это увидеть. Однако, не надо забывать, что в музее главное - это настоящие предметы. Технологии должны служить для того, чтобы предмет раскрывать, но никак не для того, чтобы его заменять. Когда в музее, посвящённом некому явлению, нет ни одного предмета, который это явление бы отражал, то мы можем говорить о подмене понятий. Чтобы музей оставался музеем, надо опираться на свои фонды», - рассказал директор Выборгского музея-заповедника Владимир Цой.

Действительно, культурное и музейное сообщество Петербурга при всей своей открытости не ко всему относится с дружелюбием. Так, огромный интерактивный парк «Россия – моя история», кажется, не сможет быть принят коллегами в стан. Историки обвинили проект в безграмотности, а представители искусства пока не готовы всерьёз считаться с пространством, в котором нет экспонатов.

Ещё одной попыткой упразднить музейное пространство и избавиться от экспонатов стал популярный проект «Ожившие полотна». Уже несколько лет в Петербурге на разных площадках под музыкальное сопровождение демонстрируются масштабные электронные инсталляции живописцев прошлого века. На выставках всегда есть посетители, родители ведут туда детей, те не просятся домой, а знакомятся с Ван Гогом, Айвазовским или импрессионистами.

ожившие полотна
Фото © vk.com / Ожившие полотна

«Музей – последнее сопротивление виртуальному миру. Мы всё время теряем связь с материальным миром, надо помнить, что живут не наши аватары, а мы сами. Допускаю, что, есть города, где подобный проект может существовать, но зачем вести ребёнка смотреть на ожившие полотна Малевича, Моне и Шагала, если можно отвести его в Эрмитаж, и пускай картины оживают в его голове. Технология в музее – та технология, которая позволяет видеть что-то другое, но сама она невидима», - прокомментировала деятельность проекта Олеся Туркина.

Полностью отказаться от музейного пространства ещё не готов и известный петербургский художник Алексей Сергиенко, который не так давно устроил арт-перфоманс собственных похорон.

«Избавиться от музея нельзя, для современных арт-объектов это всё так же необходимое пространство. Надо понимать, что музеи бывают разные и есть разные направления, мне нравятся интерактивные музеи, если ты просто ходишь и смотришь, то это скучновато, но если ещё к картинам прилагается экскурсия, то они, конечно, сразу оживают. Я отмечу, что интерактив - это взаимодействие с публикой и с людьми, но пока что в чистом виде интерактивных музеев нет, есть только выставки современного искусства, которые проводятся по всему миру» - рассказал «Форпосту» художник Алексей Сергиенко.

Несмотря на то, что в мире пока не появилось музея-перфоманса, где каждый день происходят события с участием художников и зрителей, в Петербурге всё же есть места, где современное искусство представлено в разных формах. Пока в Эрмитаже решают, носить ли посетителям бахилы в залах Зимнего дворца, на окраине города в музее уличного искусства выставки художников дополняются выступлениями молодых музыкантов, все объекты доступны для фото и видеосъёмки, а посетители могут делиться мнениями вслух и не бояться осуждения музейных смотрительниц.

музей уличного искусство
Фото © vk.com / Музей уличного искусства

В каких инновациях Петербург можно назвать успешным, так это в образовательных. На базах музеев у нас читают не просто лекции, но и открывают клубы и секции. Студенты могут бесплатно изучать в Эрмитаже кино, историю революции в искусстве, особенности городской архитектуры или тонкости фотографии.

«Человек сейчас приходит не просто смотреть, ему очень важно быть вовлечённым в определённый процесс, людям стало не хватать общения. Музей, кроме образовательной опции, имеет ещё кое-что важное, он помогает избавиться от одиночества, помогает собрать вместе людей, ведь это платформа по интересам», - заметила Олеся Туркина.

Эрмитаж
Фото © vk.com / Молодежный центр Эрмитажа

Разобравшись с тем, что главная инновация музея – его переход в площадку для общения, «Форпост» поинтересовался у петербургского художника, каковы культурные показатели города на мировой арене?

«На всех фронтах идёт война – за продуктовый ресурс, за людской, за все ресурсы, в том числе есть такой ресурс – искусство. Несмотря на то, что эту часть войны с какой-то стороны мы проигрываем, мы всё равно впереди планеты всей. Уступаем только потому, что наши художники практические не представлены за рубежом. В этом году в Нью-Йорке собралось 15 тысяч творцов, были и русские эмигранты, а непосредственно из России был только я один. Это ведь тоже не очень правильно.

Из-за того, что нас особо не зовут и не пускают на эти истории, то получается, что у нас задержанный спрос. Мы можем взорваться, как вулкан, и все о нас заговорят, я чувствую, что мы на этом вулкане, чувствую, что немного уже осталось, что буквально полгода или год и мы «бах» взорвёмся. У нас огромный потенциал, поэтому, я думаю, что ещё немного и мы всех победим», - заверил Алексей Сергиенко.

Напомним, в 2017 году Петербург снова получил премию World Travel Awards как лучшее культурное-туристическое направление в мире. Российский город обошёл Нью-Йорк, Лондон, Париж и Рим. Этот факт служит одним из подтверждений того, что город не стоит на месте, как и искусство, которое в нём создаётся.