Saint-PetersburgSonnig-2°C
$ЦБ:74,58ЦБ:89,57OPEC:64,24

Почему в Европе популярны наши детонаторы

азот-взрыв
Фото © Из личного архива

В 2020 году впервые в истории Финляндии был проведен массовый взрыв без применения тротила и динамита. Зарядка осуществлялась исключительно патронами и детонаторами российского производства. Начальник департамента по новым проектам крупнейшей компании в России и СНГ по производству буровзрывных работ и изготовлению взрывчатых веществ «Азот-взрыв» рассказал о том, какие радикальные изменения произошли в отрасли, и как сегодня построить успешную карьеру.

Кадровый голод относится к одной из наиболее острых проблем минерально-сырьевого комплекса. Проблема заключается в нежелании молодых инженеров ехать на Крайний Север, где расположено большинство месторождений. Пару месяцев отработают и уезжают - не выдерживают. Хотят сразу же после окончания вуза получить место в офисе в мегаполисе.

«Здесь необходимо понимать две вещи. Серьезным компаниям принципиально важен производственный опыт своих сотрудников. И второй момент: именно на севере наиболее стремительно можно построить карьеру. Архангельская, Иркутская, Красноярская, Тюменская и ряд других областей – это лучший старт из возможных. В Москве, Санкт-Петербурге или в близлежащих областях процесс занимает куда больше времени, чем в Магадане или на Чукотке. Но туда никто не едет, среди местных жителей наблюдается дефицит профессионалов, а работать кому-то надо. Такие компании как «Роснефть», «Полюс» или «Фосагро» вкладывают большие средства в целевую подготовку кадров, обучая ребят из регионов, однако большинство организаций не могут себе этого позволить. Поэтому выпускник ведущего сырьевого вуза буквально за год может там дорасти до начальника участка. Например, данный фактор вкупе с инициативой и образованием позволил мне и моим однокурсникам добиться хороших результатов в построении карьеры», - отмечает начальник департамента по новым проектам компании «Азот-взрыв» (AV Group) Максим Гончарук.

азот-взрыв
Фото © Из личного архива

Он родился на Сахалине. Дедушка был шахтером в Воркуте, занимался взрывными работами в подземных условиях, многое рассказывал о своем деле, что в итоге повлияло на выбор молодым человеком будущей профессии. Юноша поступил в Санкт-Петербургский горный университет, проходил производственную практику на Кировском и Северо-Онежском бокситовом рудниках, но после окончания учебного заведения захотелось проверить себя и попробовать что-то более экстремальное.

Молодой специалист устроился в компанию «Полиметалл» и через неделю после получения диплома уехал работать вахтовым методом в Хабаровский край. График непростой – три месяца трудишься, один – отдыхаешь. Начинал взрывником и уже через год стал заместителем начальника участка. Его заметила компания «Азот-взрыв» и в скором времени пригласила в Амурскую область для работы на Албынском руднике.

взрывные работы
© Общественное достояние

«На тот момент в моем подчинении было порядка 70 человек. Только получив необходимый производственный опыт, я подал документы на должность менеджера по новым проектам в управляющую компанию и переехал в Москву. Моей задачей стало внедрение современных мировых практик в буровзрывные работу внутри организации. Инновациям посвятил 4 года, пока не возглавил департамент по новым проектам. Сегодня я организую и курирую работу новых подразделений в регионах, которые не обладают большим потенциалом и потому ранее не привлекали внимание компании. Конечно, выгоднее работать на крупных объектах. Например, наш филиал в Кемерово взрывает миллионы кубов в год, но в то же время в Центральной части России много небольших карьеров и шахт. В настоящий момент география организации стремительно расширяется - за последние три года я открыл подразделения в Центральном и Южном регионах, а также Приволжском федеральном округе. В планах – Северо-Кавказ», - рассказывает Максим Сергеевич.

Только в последнее время в связи с ростом престижа профессии горного инженера проявилась тенденция к тому, что молодые люди стали более осознанно поступать в профильные учебные заведения, адекватно понимая, где им придется работать и чем заниматься. Это мотивируется хорошими зарплатами, стабильностью и интересными перспективами. С высокой регулярностью открываются новые проекты на севере, в рамках которых можно добиться успехов.

Столкнувшись с нехваткой персонала, сырьевые компании интенсифицировали свою работу с вузами. По словам Максима Гончарука, руководство «Азот-взрыва» в 2020 году посетило его альма-матер с целью обсуждения возможностей взаимовыгодного сотрудничества. В планах – приглашать студентов на производственную практику и привлекать в дальнейшем к работе.

орика
Фото © Форпост Северо-Запад /

«Мои коллеги познакомились с уровнем подготовки студентов и лабораторной базой университета. «Я такого вуза в России еще не видела», - резюмировала наш директор по персоналу. Неудивительно, что только в управлении компании работает порядка 10 его выпускников. Например, произвела впечатление специализированная учебно-научная лаборатория технологии и моделирования взрывных работ австралийской компании «Орика». Привлечение лидеров отрасли в качестве партнеров для организации систематических практических занятий и стажировок позволяет в значительной мере поднять уровень молодых специалистов. Наша компания также пробует внедриться в образовательный процесс – ввести свои материалы, обучать работать с оборудованием и технологиями», - рассказывает Максим Гончарук.

«Азот-взрыв» (AV Group) является отечественным вариантом австралийской «Орики» и испанской «Максам». Это российский лидер в комплексном сервисе и производстве буровзрывных работ, а также изготовлении по собственным технологиям взрывчатых веществ и средств инициирования. Взрывает порядка 450 млн кубометров в год. Компания объединяет 13 предприятий, находящихся как на территории России, так и за рубежом. С 2020 года она осуществляет полный цикл работ – взрывает горную массу под землей и на ее поверхности, затем экскавирует и вывозит.

«Наша профессия у многих ассоциируется с опасностью. Самые «сложные» специалисты – это молодежь и предпенсионного возраста. С годами происходит притупление чувства опасности, и чем дольше человек работает в одной позиции, тем более бесстрашным становится. «Я уже сто раз так делал, и все было нормально» - распространенное заблуждение. В качестве примера приведу пример, который несколько лет назад произошел в Новороссийске. Мастер не захотел уходить на положенное расстояние от взрывных работ и для защиты просто забрался под экскаватор. Камень рикошетом попал в голову. Ситуации случаются разные, но все они происходят от нарушений техники безопасности. При ее соблюдении и наличия должной подготовки профессия становится не опаснее всех прочих».

Если по каким-то направлениям российские технологии отстают от западных стран, то уровень производимых отечественными предприятиями средств инициирования и взрывчатых веществ не только отвечает требованиям ЕС, но и позволяет успешно применять в Скандинавии, странах Балтии и Восточной Европы.

«За последние 10 лет сектор изменился кардинальным образом. Происходит это благодаря активно внедряемым передовым технологиям, позволяющим повысить безопасность и уровень работ. Так, современные электронные детонаторы направлены на снижение сейсмики. Эта проблема особенно актуальна для разработок, ведущихся неподалеку от населенных пунктов. Например, во время посещения Владимиром Путиным угольного разреза «Черниговец» в Кузбассе мы провели демонстрацию работы электронных систем инициирования, программного обеспечения iBlast и высокоточного позиционирования буровых станков», - рассказывает глава департамента по новым проектам компании «Азот-взрыв» Максим Гончарук.

Путин
Фото © kremlin.ru/ Посещение угольного разреза «Черниговец».

Жители близлежащих домов неоднократно жаловались, что ощущают воздействие от промышленных взрывов. Здания «трясло» при работах в шахтах или через некоторое время. Деятельность угледобывающих предприятий влияет на местную сейсмическую активность, что во многом это объясняется особенностями геологического строения района. Однако остановить добычу не представляется возможным, так как она является основополагающим для экономики региона. Около 60% российского угля добывается в Кузбассе, Кемеровская область обеспечивает 74-75% экспорта угля.

«Мы со своей стороны стали искать возможности, которые бы позволили снизить нагрузку от производимых взрывов. В отличие от классических средств взрывания, которые запрограммированы еще на заводе на определенный интервал срабатывания, работу электронной системы можно проектировать уже на месте. Взрыв не произойдет единовременно, а будет произведен поэтапно – хоть через 1, 100 или 1000 миллисекунд. Это помогает спрогнозировать и спланировать сейсмическое воздействие. Еще одной важной тенденцией является уход от тротилсодержащих взрывчатых веществ к эмульсионным патронированным. Мы в течение трех лет используем вместо тротиловых шашек капсюлечувствительный патрон собственной разработки. Он содержит специальную эмульсию, разработанную нашим Институтом взрыва, в которую вставляются детонаторы. В качестве патронов-боевиков они используются для инициирования скважинных и шпуровых зарядов и как накладные заряды для дробления негабаритов. Желание уйти от тротила объясняется его высокой ценой, негативным экологическим воздействием и возможностью использования в незаконных целях. Его легче найти (например, не сработавшие снаряды в карьерах – ред.), и он более долговечен, в отличие от эмульсии, которая уже через год теряет свои опасные свойства», - объясняет Максим Гончарук.

Ведутся работы и в направлении перехода к дистанционному управлению процессами. Это более актуально для горных работ, но и взрывному делу не чужды современные тенденции. По словам эксперта, где-то через 20 лет взрывные вещества к местам закладки будут привозить беспилотники, а устанавливать роботы. Подобные эксперименты уже сегодня проводятся в Европе. То есть с каждым годом востребованность высококвалифицированных инженеров, которые в состоянии руководить процессом удаленно, будет только расти.