Перейти к основному содержанию

Сербские студенты рассказали о военной агрессии НАТО

Белград
© Darko Dozet/Белград, 1999 год

В следующий четверг, 24 марта исполняется 23 года с начала военной агрессии НАТО против Югославии, прежде всего, той её части, где проживали этнические сербы. Тогда мишенями для бомбардировок сил Атлантического альянса во главе с США стали, в том числе, объекты гражданской инфраструктуры Белграда и других крупных городов. В результате погибло почти 10 тысяч мирных жителей.

Нет сомнений в том, что на Западе в память об этих скорбных событиях не состоится никаких траурных церемоний. Более того, судя по последним высказываниям официальных лиц в ЕС и Соединённых Штатах, там эту дату вообще предпочтут не вспоминать. Такой вывод напрашивается сам собой, ведь оценивая специальную операцию армии России на территории Украины, большинство из них в унисон заявляют, что вооруженный конфликт такого уровня происходит в Европе впервые после окончания Второй мировой войны.

Например, глава МВФ Кристалина Георгиева, подписывая в начале второй декады марта пакет санкций против России, заявила, что «случилось немыслимое». В девяностые ей было уже за сорок. Она не может не помнить о НАТОвских бомбардировках соседнего с Болгарией государства. Если мыслить логически, получается, что в её представлении удары по жилым кварталам и гибель мирного населения в самом центре Старого света является «осмысляемой ситуацией»?

В преддверии очередной годовщины начала агрессии Запада против Югославии «Форпост» попросил сербов, которые сейчас учатся в Санкт-Петербургском горном университете, вспомнить о тех страшных событиях и рассказать об их последствиях, которые ощущаются и по сей день.

Алекса Лелен, аспирант 1 года обучения: Сейчас я живу в Белграде, но родился в маленьком городе на юго-западе Сербии, он называется Прибой. Когда началась война, мне было 5 лет, и я прекрасно помню, что практически каждый день в тот период просыпался от звука сирены воздушной тревоги. Это было ужасно. К счастью у нас в Черногории были родственники, и нам вскоре удалось к ним эвакуироваться. Там оказалось спокойно, ту часть Югославии не бомбили.

Алекса Лелен
© Форпост Северо-Запад

Николина Савич, студентка 4 курса: Мои родные в 1999 году жили в Иванице, по нему было нанесено гораздо меньше ударов, чем по некоторым другим городам. Но на расстоянии около 10 километров от нашего дома находилась телекоммуникационная станция, она была уничтожена после налёта НАТОвской авиации.

- Понятно, что самый большой ущерб был нанесён Белграду. Удалось ли восстановить инфраструктуру за минувшие 23 года?

Николина Савич: В Белграде до сих пор стоят дома, которые были разрушены в 1999 году и не были восстановлены. Причём, рядом с ними не располагались никакие военные базы. Да, одно из уничтоженных зданий – это военное училище. Но это университет, как и любой другой, там учились обычные ребята, такие же, как мы.

Войска НАТО разбомбили роддом, посольство Китая, Министерство внутренних дел, МИД, телестудию 1 канала. Некоторые из этих домов разрушены до сих пор и напоминают нам, молодым людям, о тех ужасных событиях, которые пережила наша страна.

Алекса Лелен: Да, причём следует подчеркнуть два очень важных момента. Во-первых, во время бомбардировок в этих зданиях находились сотрудники. А, во-вторых, эта военная агрессия не была какой-то локальной акцией. Она длилась почти 3 месяца. Если быть точным: 78 дней.

- К каким жертвам это привело?

Николина Савич: Всё зависит от того, каким источникам вы доверяете. Сербская статистика говорит, что во время той военной агрессии было убито почти 10 тысяч мирных граждан. Но в НАТО оперируют несколько меньшими цифрами: 3 тысячи погибших. Причём сообщается, что большинство из них были военными.

Однако даже Запад признаёт, что первой жертвой бомбардировок оказалась девочка, которой было всего три года. Её звали Милица Ракич и она погибла, когда находилась в ванной у себя дома.

самолет
© Фото: Mitch Fuqua/U.S. Department of Defense/истребитель F-15E Strike Eagle ВВС США взлетает с авиабазы Авиано, Италия, для нанесения воздушного удара по Югославии

Алекса Лелен: Мы, в Сербии, называем события 1999 года военной агрессией. Но в НАТО утверждают, что это не было агрессией. Это же явные двойные стандарты. Именно поэтому многие сербы с пониманием относятся к нынешним событиям. В Белграде проходят автопробеги и шествия в поддержу российской армии. Люди, которые принимают в них участие, несмотря на позицию Запада, считают правильным и впредь развивать партнёрство с Россией, поскольку оно являются взаимовыгодным и строится на исторической основе.

Николина Савич: Если проводить аналогии, то можно вспомнить роман Достоевского «Преступление и наказание». Когда людей делят на необыкновенных личностей, «Наполеонов», способных изменить историю, и обыкновенный «материал», существующий лишь для продолжения человеческого рода. То есть страны НАТО считают себя этакими «Наполеонами», которым разрешено переходить ту или иную черту. Но когда подобным образом поступает кто-то другой, против него тут же, как минимум, вводят экономические санкции.

Алекса Лелен: И главное, Западу не требуется особый повод. Достаточно лишь придумать его. А когда, спустя несколько лет оказывается, что никаких предпосылок для агрессии не было, это уже не важно. Дело сделано, цели достигнуты. Западные СМИ всегда интерпретируют ситуацию таким образом, как выгодно НАТО и их союзникам. То, что написано у них в прессе и то, что происходит на самом деле, совершенно не совпадает. Поэтому объяснить что-то жителям тех западных стран, правительства которых на правах сильного устанавливают всюду, где это возможно, свой порядок, практически нереально.

томагавк
© Фото: старшина 3-го класса Ренсо Амариз, Военно-морской флот США/ крылатая ракета «Томагавк», запущенная с носа американского эсминца «Филиппинское море», 24 марта 1999 года в сторону Югославии

- Как вы в целом относитесь к специальной военной операции армии России на Украине? И как относятся к ней ваши российские ровесники?

Николина Савич: По-разному. Есть люди, которые поддерживают и ту, и другую сторону. Есть и те, кто старается оставаться нейтральными. На мой взгляд, именно последняя позиция является наиболее разумной. Все мы – часть научно-образовательного сообщества, и в стенах университета, как мне кажется, не следует обсуждать политику. Вступать в полемику с преподавателями, дискуссировать в столовых и так далее. Нужно сосредоточиться на учёбе. Ведь именно за этим мы приехали в Горный. Не только за дипломом, но и за знаниями, опытом, компетенциями.

- Какие у вас карьерные перспективы?

Николина Савич: Я учусь на механико-машиностроительном факультете и, в принципе, могу трудоустроиться, как в России, так и в Сербии. Диплом Санкт-Петербургского горного университета, по мнению очень многих работодателей и здесь, и у меня на Родине, является отличной рекомендацией. Так что перед выпускниками нашего вуза открывается много возможностей.

Алекса Лелен: В Сербии действительно ценится российское образование. Горный университет известен, его бренд на слуху. Именно поэтому после окончания горного факультета дома, я сделал такой выбор и поступил сюда в аспирантуру. Очень надеюсь на то, что вскоре специальная операция на Украине завершится, а сотрудничество России и Сербии выйдет на новый уровень. В этом, как мне кажется, заинтересованы обе стороны.