18:09 18.05.2017 - Евгения Абукина
Поделиться
Александр Соболев
Фото © vk.com/Александр Соболев

Россия, как известно, богата разнообразными ресурсами. На территории страны находится огромное количество полезных ископаемых. Нефть, газ, руды, алмазы, золото, никель и медь занимают особое место в российской экономике, однако в последнее время все острее чувствуется необходимость инвестирования сторонних средств в их добычу. «Форпост Северо-Запад» узнал у генерального директора компании «Геоконсалт Компетент», кандидата геолого-минералогических наук, действительного члена Австралийского института наук о земле Александра Соболева, как привлечь в Россию зарубежные компании и на какие ресурсы стоит делать ставки.

Александр Олегович, сейчас идет работа по сопряжению международных и российских кодексов по подсчету запасов полезных ископаемых России. Какие сложности возникают в этом процессе?

- В первую очередь, надо понимать разницу между понятиями «ресурсы» и «запасы». Ресурсы – это то, что в земле, это потенциал. Например, в кубическом метре гранита есть и золото, и прочие составляющие. Но извлекать их нецелесообразно, так как это влечет большие затраты. Ресурсы становятся запасами, когда их либо извлекут, потратив деньги, либо, когда проведут экономический анализ и придут к выводу, что эти металлы выгодно добывать в данный момент. И только когда мы покажем, что это рентабельно, ископаемые станут запасами в международном понимании.

Что касается твердых полезных ископаемых, учитывая систему российского недропользования, мы отстаем от мира. Исторически так сложилось, что комитет по запасам работает в интересах государства. Международные же кодексы, оценки и подходы созданы для инвесторов, для тех, кто вкладывает деньги. Возникают своеобразные «ножницы» - государство хочет получить максимум налогов за залежи в недрах земли и говорит, что их там много, а инвесторы оценивают их с помощью международных стандартов и делают вывод, что полезных ископаемых на участках несколько меньше. Пока что однозначного выхода из этой ситуации нет. Идут разнообразные процессы, идёт сближение подходов.

На какие ископаемые государству нужно делать ставки в первую очередь?

- Это сложные понятия. Страна полностью вошла в мировой рынок и, в отличие от СССР, где все было самодостаточно, где у нас работала армия геологов, сейчас мы зависим от конъюнктуры цен на металлы. Раньше, например, в нашем государстве было большое количество олова, которое добывалось подземным способом. Сколько это стоило – не учитывалось. Когда мы вошли в рынок выяснилось, что в Азии олово можно добывать экскаваторами и за копейки, и наша оловянная промышленность упала. Сейчас важны запасы, которые выгодно добывать.

И какие металлы к ним относятся? Разумеется, золото?

- Да, цены на этот металл в долларовом эквиваленте растут. И пока мы имеем такое соотношение американской валюты к рублю, в России очень выгодно заниматься золотодобычей. Унция золота сейчас стоит порядка 1400 долларов, себестоимость добычи одной унции – от 600 до 800 долларов. Все остальное – прибыль компании, однако надо помнить, что золото сейчас добыть довольно трудно.

Наша страна вообще богата потенциальными ресурсами, но все находится в недрах. Поэтому очень остро стоит вопрос инвестиций в геологоразведку. В России если проводят геологические поиск и разведку на государственные деньги, то они доводятся до стадии ресурсов. Но этого мало для инвесторов, и они не готовы на этих этапах вкладывать большие деньги. Государство, тем не менее, оценивает запасы в денежном выражении и выставляет месторождение на аукцион с определенным прогнозом. Но никакой ответственности оно не несет – будет ли на заявленной площади такое количество ископаемых? Неизвестно. В цивилизованном мире оценка минеральных ресурсов регламентирована кодексами оценки, например кодексом JORC. Вот это отличие международных оценок от наших, советских.

Эту мысль мы неоднократно передавали государственным органам. Стране выгоднее разбурить и разведать отдельные месторождения, а потом продать за большие деньги, так как информация будет подтверждена.

Как реагируют госорганы? Готовы на такие шаги?

- Нет, поскольку на это нет денег. Наша основная проблема – имея очень большой потенциал, например, золота, нам надо привлекать инвесторов для детальной геологоразведки. На Западе 80% открытий осуществляется мелкими и средними компаниями, которые на свой страх и риск проводят геологоразведку. Затем отчет несут на биржу и, если он хороший, им привлекают деньги или банки выделяют средства на дальнейшие разведывательные работы. Как только они находят запасы, то передают все большим компаниям, и те успешно работают. У нас в России эта модель не действует. Мелкие и средние компании не развиты из-за наших законов, банки не дают никаких кредитов на геологоразведку. Они дают деньги только тем предприятиям, которые имеют какую-то добычу.

Как выходить из этой ситуации?

- Тут два пути. Первый – если государство на каких-то отдельных узловых участках будет доводить разведку до определенного уровня, чтобы потом выгодней продать. Второй путь – привлекать инвесторов из-за рубежа. Россия сейчас находится под санкциями, если бы их не было, зарубежные компании и банки вкладывали бы в это деньги. Пока этого нет.

Добыча
Фото © GeoConsult Competent

Инвесторы каких стран сейчас заинтересованы в добыче полезных ископаемых в России?

- Вкладчики из арабских государств готовы инвестировать деньги, те же Объединенные Арабские Эмираты, Саудовская Аравия, Пакистан. Определенные надежды у нас были связаны с Китаем, но это очень специфическая страна. Если наши добывающие компании мыслят пределом в пять лет, зарубежные – в 15-20 лет, то китайские компании мыслят перспективами от 50 до 100 лет. К тому же, они смотрят только на свои интересы – если им выгодно, они будут вкладывать средства. Но что с этого будет иметь Россия – большой вопрос.

Принцип бизнеса очень простой – деньги идут туда, где оптимальны политические условия и меньше рисков. Каждый год формируется рейтинг стран по степени благоприятности инвестирования в геологию. Россия находится где-то по центру этого списка. Первые страны – это Канада, Австралия и т.д., там более четкие условия и законы. Бизнес там оптимально защищен, для него созданы климат и инфраструктура. Это тоже очень важно. У России основные залежи золота находятся в очень сложных инфраструктурных условиях – Колыма, Чукотка, Якутия. Нужны очень большие деньги на электроэнергию, дороги, доставку и т.д. Пока не были введены международные санкции, западные инвесторы были готовы вкладывать в Россию. После санкций возникли проблемы с финансированием в недропользовании.

Есть еще одна проблема – наше законодательство. Тот же закон «О недрах» требует большой доработки. Например, в Чили и других странах недра могут быть предметом залога в банке, передаваться по наследству. У нас этого делать нельзя. В России очень жесткие условия пользования, там все четко прописано – к какому времени нужно сделать геологическое изучение, построить фабрику, представить запасы на экспертизу и т.д.

Стоило бы смягчить законы? Это сейчас возможно?

- Идут процессы по смягчению документации, по снижению требований. Конечно, есть положительные сдвиги, но это все очень медленно продвигается.

Почему же российские инвесторы не вкладывают в разведку и добычу деньги?

- Особенность горных проектов в том, что они медленно окупаются. От геологоразведки до запуска фабрики при самых идеальных условиях проходит около 6 лет. Какая фирма, какой олигарх будет на 6 лет «закапывать» деньги, когда можно их пустить в оборот и получить отдачу намного быстрее? Опять вопрос в финансировании. На Западе кредиты дают на 15-20 лет, у нас в России такого нет.

Можно было бы обязать компании, которые получают с добычи сверхприбыль, пускать деньги на геологоразведку. Но здесь сложно найти официальные рычаги. Компании зарабатывают, и никто не может диктовать, как эти деньги тратить – они могут вывести выручку куда-то, купить яхты, а могут дать средства, чтобы разведать еще одно месторождение. Тут уже дело каждого олигарха. Тот же «Норникель», например, это понимает и, хоть и в меньших масштабах, но дает деньги на дальние территории.

Получается, чтобы отрасль активно развивалась в ближайшем будущем, можно рассчитывать только на послабления со стороны властей?

- В основном, да. И власти это понимают. Мы рассчитываем на мудрость нашего государства. Надеемся, что процесс будет продвигаться в правильном направлении, максимально будут поощрять мелкий и средний бизнес, создавать для него оптимальные условия. Ну и продвигать, создавать возможность участия зарубежных компаний.

Обсудить и поделиться