Санкт-ПетербургСолнечно+15°C
$ЦБ:71,10ЦБ:78,26OPEC:28,45

Владимир Литвиненко рассказал о том, как Россия может вытеснить американский газ из Европы

северный поток
Фото © gazprom.ru

Объёмы поставок российского трубопроводного газа в ЕС из-за введения санкций и ужесточения норм антимонопольного законодательства практически достигли своего предела. В связи с этим уже в ближайшие годы значительную часть нашей доли на этом постоянно растущем рынке могут получить Соединённые Штаты. Как избежать такого развития событий? Или бороться за сохранение своего «куска пирога» уже неактуально? Ведь многие западные политики и бизнесмены заявляют о скором окончании эпохи ископаемого топлива и переходе на возобновляемые источники энергии (ВИЭ). «Форпост» попросил высказать своё мнение на этот счёт ректора Санкт-Петербургского горного университета, ведущего эксперта отрасли Владимира Литвиненко.

- Владимир Стефанович, 5 апреля в России отмечается День геолога. В связи с этим первый вопрос, который напрашивается сам собой: есть ли у этой профессии будущее? Быть может, совсем скоро заниматься поиском новых месторождений полезных ископаемых, особенно углеводородов, будет уже неактуально?

- Прежде всего, я хочу поздравить с праздником всех геологов, всех тех, кто имеет отношение к воспроизводству уникальной сырьевой базы нашей страны. Её наличие – одно из конкурентных преимуществ российской экономики. Как бы нам ни хотелось, куда бы мы ни направляли вектор своих интересов – в сторону цифровизации, космоса или создания высокотехнологичных производств, природные ресурсы останутся одним из наших конкурентных преимуществ. И что бы кто ни говорил, любое государство, даже самое технологически продвинутое, хотело бы обладать собственными ресурсами, а не зависеть от их поставок из-за границы.

газпром нефть
Фото © gazprom-neft.ru

Сегодня действительно наблюдается парадоксальная ситуация, когда многие международные организации и политики убеждают общественность во вреде и опасности, которые несут углеводороды для человечества. И призывают в связи с этим выполнить экстренный переход к альтернативной энергетике. При этом реальные действия ведущих экономик мира свидетельствуют о том, что они не собираются снижать своего присутствия в бизнесе, связанном с ископаемым топливом, и, более того, наращивают научно-технический потенциал в сфере геологоразведки и добычи.

Последнее, как раз, вполне логично. Влияние топливно-энергетического комплекса на глобальный экономический рост переоценить довольно трудно, поскольку стабильность поставок энергоресурсов – это фундамент для развития предприятий, целых отраслей и общества в целом.

- Это понятно, но как же быть с огромным пластом экологических проблем, в частности, с потеплением климата, техногенным воздействием на экосистемы и прочими негативными последствиями функционирования современного энергетического комплекса? Разве не логично, что ему на смену должны прийти ветрогенераторы, солнечные панели и прочие альтернативные источники?

- Нет никакого сомнения в том, что процессы трансформации, протекающие сегодня в энергетике, сами по себе абсолютно верные. Я полностью согласен с тем, что альтернативные энергетические технологии являются неотъемлемой частью технологического прогресса в целом. И на их развитие необходимо направлять существенные объёмы финансовых, кадровых и материальных ресурсов. Но не нужно бежать впереди паровоза. Необходимо понимать, что сбалансированные политические стратегии должны включать в себя не только проекты, имеющие перспективы через десятки лет, но и учитывать текущие потребности человечества в электроэнергии. А сам энергопереход должен происходить постепенно, без излишней спешки, которая может нарушить баланс между спросом и предложением и привести к дефициту энергоресурсов в мире.

Газпром нефть
Фото © Форпост Северо-Запад / GazpromNeft-Huntos

- Нынешняя ситуация на рынке говорит об обратном. Спрос на энергоресурсы падает, предложение растёт. Быть может, это действительно возможность ускорить энергопереход и приблизиться к углеродной нейтральности в сфере энергетики?

- Во-первых, это временная конъюнктура, связанная с воздействием на глобальную экономику пандемии коронавируса. Как только она изменится, энергопотребление возрастёт, спрос на углеводороды вернётся к прежним объёмам, а цены на них пойдут вверх.

Во-вторых, критика в адрес углеводородной энергетики несоизмерима с её реальным вкладом в глобальную эмиссию парниковых газов. Ведь их генерация происходит не только под влиянием антропогенных, но также и природных факторов. Нет сомнений в том, что энергетические компании должны минимизировать своё влияние на окружающую среду, и подавляющее большинство из них сегодня участвуют в проектах, связанных с минимизацией экологических рисков. Но в то же время следует признать, что в ближайшие десятилетия мы не сможем достигнуть углеродной нейтральности, поскольку это не позволит сделать уровень развития существующих технологий

- Многие западные эксперты говорят об обратном и считают, что возобновляемые источники энергии уже в обозримом будущем могут заменить собой нефть и газ. На ваш взгляд, это нереально?

- К наиболее перспективным альтернативным энергетическим ресурсам сегодня относят ВИЭ, атомную энергию и водород. Каждый из них теоретически способен решить экологическую проблему, но, при этом, обладает критическими недостатками, которые не позволяют всерьёз рассматривать их, как полноценную альтернативу углеводородам в перспективе нескольких десятилетий.

Большинство технологий, основанных на возобновляемых источниках, в ближайшие десять-двадцать лет будут неконкурентоспособны из-за недостаточной эффективности процессов преобразования и хранения энергии. Функционирование АЭС сопряжено со значительными рисками, из-за чрезвычайных ситуаций техногенного и природного характера. А масштабное внедрение водорода невозможно без решения проблем безопасности его хранения и транспортировки, а также повышения эффективности производства.

В то же время ресурсный потенциал нефтегазовой отрасли способен обеспечить устойчивое развитие мировой экономики. Но для этого необходимо улучшить инвестиционный климат и сформировать систему международного регулирования этого сектора. А особое внимание уделить вопросам создания благоприятных условий освоения трудноизвлекаемых с горно-геологической или природно-климатической точки зрения запасов.

Новатэк
Фото © novatek.ru

Особенное значение для глобального энергетического сектора в ближайшие десятилетия будет играть природный газ. И особенно СПГ, производство которого является самостоятельной отраслью газовой промышленности в связи с гибкостью логистических цепочек по сравнению с трубопроводными поставками.

Россия обладает колоссальным сырьевым потенциалом для развития СПГ-индустрии с перспективой выхода на ежегодный объём производства 140-160 млн тонн уже через 10 лет. Это примерно 20% мирового рынка. Причём, поставки будут востребованы как на азиатском, так и на европейском направлении.

- А почему поставки в Европу не может наращивать «Газпром»?

- Увеличение объёмов поставок «Газпрома» на рынок ЕС после завершения строительства «Северного потока-2» действительно будет невозможно по одной простой причине. Это монополия. И Евросоюз, аргументируя антимонопольными законами, попросту не даст ей возможности наращивать продажи природного газа посредством трубного транспорта. Всё, мы упёрлись в стену.

северный поток
Фото © www.gazprom.ru

- То есть конкурировать с американским и катарским СПГ за растущую долю европейского рынка может только «Новатэк» и его СПГ?

- Не обязательно. Если в трубе будет продукция других поставщиков, а не одного лишь «Газпрома», то ниша российского трубопроводного газа на рынке ЕС вполне может возрасти. Это произойдёт в том случае, если по трубе будет поставляться газ, который, условно говоря, принадлежит «Роснефти», «Новатэку», «Лукойлу», иностранным инвесторам. То есть различным компаниям, что автоматически выведет эти поставки из-под Дамоклова меча европейского антимонопольного законодательства. Таким образом будет соблюдено условие ликвидации монополии доступа к экспортной трубе. Надо понимать, что ЕС признает газ, как экологически чистое топливо и его использование на производстве и в быту только приветствуется. А нехватка газа в Европе сегодня составляет от 50 до 80 миллиардов кубов. И на эту нишу нацелены американцы. Будет стратегической ошибкой упустить реальную возможность её перехватить.

Фактор монополизации в СПГ-индустрии на текущем этапе пока не оказывает столь же негативного влияния на объёмы экспорта сжиженного газа. Но если ситуация с государственным регулированием сектора не будет изменена, то многие перспективные рынки могут оказаться закрыты для российского СПГ-сегмента точно также, как рынок ЕС оказался сейчас закрыт для дополнительных поставок «Газпрома». Кстати, дискуссия, развернутая сейчас в прессе на тему конкуренции российского трубного газа с российским СПГ полностью на совести некомпетентных журналистов. Это абсолютно разные рыночные ниши. А самим европейцам абсолютно всё равно какой именно газ потреблять, для них важен только вопрос цены.

Маартен Ветселаар
Фото © Форпост Северо-Запад /

Член исполнительного комитета Royal Dutch Shell, руководитель подразделения газа и новых источников энергии концерна МААРТЕН ВЕТСЕЛААР:

«Безусловно, Россия обладает самыми большими запасами газа в мире и заслуживает того, чтобы играть ведущую роль в энергетическом бизнесе. Однако в отношении СПГ она немного отстает от таких стран как Катар, Австралия и США. Эти государства значительно продвинулись вперед и являются лидерами по объёмам поставок сжиженного газа. Разрыв, существующий между ними и Россией, вам еще предстоит сокращать. Я считаю, что ваша страна в будущем способна нарастить свою долю в СПГ-сегменте до 20-25%».

В этой связи критически важной становится скорость принятия решений со стороны регулятора, в роли которого должно выступать государство. Это позволит повысить эффективность функционирования компаний и получить дополнительные возможности для пополнения бюджета страны, развития профильных отраслей и социально-экономической инфраструктуры регионов.

Конечно, внедрение рыночных механизмов регулирования – шаг достаточно ответственный. Но на начальном этапе он мог бы быть поддержан, например, с помощью такого инструмента, как «золотая акция», особенно актуальной в случае участия иностранных инвесторов. Это даст государству право утверждать или накладывать вето на те или иные решения акционеров компании.

- Насколько реально появление подобных механизмов?

- Ответить на этот вопрос пока довольно сложно. Например, 2 апреля Правительство одобрило Энергетическую стратегию России на период до 2035 года. Это событие прошло весьма незаметно в связи с тем, что практически весь новостной поток сегодня посвящён теме пандемии коронавируса. Такой документ, конечно же, востребован, поскольку он определяет развитие России – страны, которая во многом живёт за счёт своих природных ресурсов, - на 15 лет вперёд. Но, простите за невольную тавтологию – не такой.

BP
Фото © bp.com

На самом деле трудно назвать то, что я прочёл, «стратегией». Скорее, это больше похоже на некую вводную часть, мотивацию, необходимую для принятия закона, где были бы прописаны рыночные механизмы регулирования, их экономика. В документе нет программы развития отрасли, не обозначен планируемый прирост запасов, отсутствует программа развития транспортной и технологической инфраструктуры общего пользования, северных мегаполисов, обеспечивающих газоносные регионы. Нет планов по строительству социально ориентированных объектов - аэропортов, портов и так далее. Не сформулированы параметры создания единого комплекса по работе на арктическом шельфе, нет программ по подготовке кадров и многого другого.

В «стратегии» нет главы, где обозначались бы параметры ежегодных оценок по реализации всего вышесказанного, цифровые индикаторы, источники финансирования с учётом предполагаемой доходной части. Отсутствует глава, где были бы прописаны какие организационно - правовые механизмы, законы и регламенты, направленные на создание делового климата, включая и отмену отдельных документов, будут реализованы и в какие сроки. И самое главное – что мы хотим построить за 15 лет – экономику с экспортно-сырьевой ориентацией или отрасль, ориентированную на внутренний спрос. Это ключевой вопрос, ответа на который в данном документе нет.

Нижневартовск
Фото © Форпост Северо-Запад /

«Форпост» в ближайшее время продолжит серию интервью с Владимиром Литвиненко. Их темой станет роль и место сырьевой базы страны, как геополитического фактора, её глобальная недооценка и детальный разбор так называемой «Энергетической стратегии России до 2035 года», одобренной правительством РФ 2 апреля.