Санкт-ПетербургЯсно+4°C
$ЦБ:76,98ЦБ:92,23OPEC:63,39

Кто стал бенефициаром смерти Немцова

Явлинский
© Форпост Северо-Запад

В субботу в стране прошли акции памяти Бориса Немцова. Как и в предыдущие годы, на них звучали обвинения в сторону Кремля, в пределах видимости которого убийство и произошло.

Исполнители - Заур Дадаев, Анзор и Шадид Губашевы, Темирлан Эскерханов и Хамзат Бахаев - за решеткой. Предполагаемый заказчик Руслан Мухутдинов - в международном розыске. Оппозиция следствию не верит. По ее мнению, политик погиб за критику правящей верхушки и верность демократическим идеалам.

В конце 90-х у автора этих строк была своя программа на Ленинградском телевидении – получасовые интервью с известными людьми. Не прошел мимо нее и Борис Ефимович. Дело было через полгода после того, как он перестал быть вице-премьером и стал одним из организаторов «Правого дела». Те еще диссиденты, учитывая, что кроме него и Ирины Хакамады, в тройку организаторов движения входил Сергей Кириенко, ныне заместитель главы администрации президента Путина.

За полчаса до прямого эфира шел «тракт» - проверка работы камер, корректировка света и прочие технологические процессы. Наш разговор в студии начался с моих слов: «Борис Ефимович, Вы…». Но он тут же меня перебил – «Слушай, мы же ровесники, давай на «ты»…». «Давай».

Начался эфир. Представив гостя, я обратился к нему с первым вопросом «Борис, ты…» Но тут же прозвучало: «А почему Вы со мной на «ты», что за панибратство? Или у вас в Петербурге так принято?».

Апеллировать к его предложению за кадром было бессмысленно. Я извинился и довел программу до конца. А когда пошли титры, он подмигнул и спросил: «Ну как я тебя, хорошо подставил?». Мой ответ: «Вообще-то приличные люди так себя не ведут». Расстались холодно. Кстати, «тракт» записывался, и у этой истории масса свидетелей.

Знаю, что о мертвых либо ничего, либо хорошо. Но это не мемуары, а характеристика поведенческой модели. Я же не единственный, у кого есть аналогичные воспоминания о «светлом рыцаре демократии». И с тех пор он явно успел оскорбить многих на уровне личных отношений. Если человек считает, что ему «все позволено», то он чертит себе судьбу. Для парижского учителя было естественно показывать карикатуры на пророка Муххамеда. Для Charlie Hebdo - их рисовать. Для Бориса Ефимовича было нормальным не уважать окружающих. А о его декларативно-презрительном отношении к Рамзану Кадырову было общеизвестно. Как и к Путину. Вот только эту версию разрушает двадцатилетнее терпение обоих.

Примерно так же относился Борис Ефимович и к Явлинскому. Тот отвечал взаимностью. Сегодня Председатель партии «Яблоко» Рыбаков говорит о покойном почти как Лермонтов о Пушкине: «… был убит за свою политическую деятельность, за свое мнение, за свою позицию. И он стал еще одним свободным человеком России, который был убит за слово». Сам Григорий Алексеевич демонстративно прошел к месту убийства без очереди.

Как известно, самая страшная война - внутривидовая. Сколько ни предлагал Немцов Явлинскому объединить СПС и «Яблоко» на выборах, столько последний его и «кидал». Аналогия: следующий такой же парень с голливудской улыбкой – Навальный, уже этапированный на зону. Пока он сидел в тюрьме, Григорий Алексеевич успел напечатать статью о «неэффективном националисте». Она произвела настолько неизгладимое впечатление на Amnesty International, что Алексея Анатольевича лишили статуса «узник совести».

Но дело не в том, кто тут «мил-человек стукачек», а в том, чьи теперь гранты. Основным маркером римского права считается фраза: «Кому выгодно»? И кто сегодня выгодоприобретатель на «демократическом поле», кроме «Яблока»?

А по поводу венков и цветов вполне уместно вспомнить Александра Сергеевича: «Они любить умеют только мертвых».