Санкт-ПетербургЯсно+14°C
$ЦБ:71,68ЦБ:87,33OPEC:70,90

Как построить карьеру в нефтегазовой отрасли

феллер
© sakhalin-1.com

Работа на Крайнем Севере или в офисе в Санкт-Петербурге? На месторождении на суше или шельфе? В штате зарубежной или российской компании? Минерально-сырьевой комплекс России предоставляет профильным специалистам дифференцированные сценарии развития карьеры. Выпускник Санкт-Петербургского горного университета Виктор Феллер успел поработать на самых разных проектах и сегодня занимает должность главного эксперта отдела экспертизы шельфовых проектов в ПАО «Газпром».

феллер
© На понтоне полупогружной буровой установки

Специальность, связанная с разработкой и эксплуатацией нефтяных и газовых месторождений существовала в Горном институте до середины XX века. Потом она была ликвидирована.

Во второй половине 90-х годов прошлого века старейший технический университет России возобновил набор студентов по данному направлению. Учитывая мировые тенденции, совершенно очевидным стал факт, что в нефтяной век специалисты в области добычи углеводородов крайне востребованы, особенно в государстве с такими богатыми запасами как наше. Изначально обучение велось на кафедрах разработки рудных месторождений (1996-1997 годы), разработки месторождений подземным способом (1998-2003 годы), технологии и техники бурения скважин (2004-2005 годы). С целью повышения качества подготовки кадров в 2006 году в Горном университете была создана кафедра Разработки и эксплуатации нефтяных и газовых месторождений.

феллер
© Форпост Северо-Запад

Виктор Феллер поступил в вуз в 1999 году и попал в один из первых потоков студентов по этой специальности.

«К началу моего обучения нефтегазовая лабораторная база университета была практически нулевой. На общем фоне отличалась только кафедра бурения. При этом благодаря контактам вуза с нефтедобывающими компаниями, мы проходили практику на промыслах. После завершения второго курса я прошел обучение и получил удостоверение оператора по добыче нефти и газа 3 разряда, а после окончания третьего – уже уехал в Нефтеюганск на производственную практику в одно из подразделений «ЮКОСа». Хотя она по большей части заключалась в полевой работе, там развивались такие компетенции как работа в команде, умение системно мыслить и принимать ответственность за собственные решения. Но главное - мы получали невероятную мотивацию к дальнейшему росту через советы опытных нефтяников, физическую работу, миллионы тонн нефти под ногами и через рои комаров и мошки. К концу моей аспирантуры в 2007-2008 годах вуз было уже не узнать благодаря модернизации учебного процесса, лабораторной базы и научной деятельности в целом. Например, в лаборатории повышения нефтеотдачи пластов появились установки, предназначенные для испытаний керна. Сегодня такие фундаментальные исследования являются общепринятой практикой при оценке геолого-физических свойств пород коллекторов. Определение свойств образцов керна, их проницаемости и пористости, позволяет выполнять корректную и достоверную оценку запасов, а также формировать проекты разработки месторождений. На тот момент аналогичная установка настолько высокого уровня была только в одном НИИ России», - рассказывает главный эксперт Отдела экспертизы ПАО «Газпром».

Виктор Феллер воспоминает, как на полигон «Нефтяник» в Саблино из «Сургутнефтегаза» привезли станок-качалку, и какой она вызвала ажиотаж среди студентов.

феллер
© Форпост Северо-Запад

«В настоящее время, охват тем в рамках существующих научных центров вуза очень широк и позволяет молодым людям развиваться практически в любом из существующих направлений нефтегазовой отрасли. Один только Центр компетенций в области техники и технологии освоения месторождений в Арктических условиях чего стоит. Здесь не стоит скромничать! За последние годы совершенно иной качественный уровень приобрела научная ценность трудов аспирантов. Так, в настоящее время молодые ученые под руководством преподавателей осуществляют реализацию долгосрочного контракта с ПАО «Газпром нефть» на проведение научно-исследовательских работ по подбору и разработке новых рецептур жидкостей для глушения нефтяных скважин, которые в дальнейшем используются на добывающих объектах компании. Во всех этих изыскания зачастую участвуют студенты. Можно с уверенностью сказать, что качество выпускников кратно возросло по сравнению с тем, что было 10-15 лет назад», - отмечает Виктор Феллер.

После аспирантуры он проработал два года ассистентом кафедры. Несмотря на большой интерес к науке, понял, что для развития необходимо «окунуться в фактический процесс».

В 2008 году началась реализация большого нефтегазового проекта «Сахалин-1». Еще в 1970—1980 годах на северо-восточном шельфе острова Сахалин были открыты более трёх десятков месторождений нефти и газа. Для их разработки было создано несколько проектов под общим названием «Сахалин». Предполагалось, что они будут разрабатываться иностранными инвесторами и операторами в рамках соглашений о разделе продукции (СРП). В итоге в стадии реализации находятся «Сахалин-1», «Сахалин-2» и «Сахалин-3». Участниками первого - Exxon Neftegas Limited (США), SODECO, Mitsubishi, Mitsui (Япония), ONGC (Индия) и Роснефть.

феллер
© sakhalin-1.com/ Чайво/ Установка Ястреб

«Мне повезло попасть на Одопту. Это одно из двух месторождений «Сахалина-1», располагающееся на шельфе Охотского моря. Я стал мастером по мониторингу бурения и чуть позже инженером по обработке данных во французской компании Geoservices. Это подразделение нефтесервисной компании Schlumberger, которое занималось техническим сопровождением бурения скважин на оффшорных объектах. Моими основными задачами были контроль за буровыми параметрами для обеспечения безопасности при проводке скважины и контроль за проявлениями. Вся буровая оборудована огромным количеством датчиков и сенсоров. Получаемые данные в непрерывном режиме собираются и анализируются. При отклонении текущих значений от проектных вносятся необходимые корректировки. Для понимания степени ответственности сделаю одно уточнение. Чтобы получать нормальный дебит на месторождении Одопту, необходимо бурить скважины протяженностью от 10 км (традиционная длина колеблется в пределах 1,5 – 3,5 км). В результате мы поучаствовали в создании нескольких мировых рекордов. Например, ОР-11 поставила мировой рекорд как по длине проходки — 12 345 метров, так и по длине горизонтального ствола — 11 475 метров. Сегодня с платформы «Орлан» пробурена скважина протяженностью 15000 м. Это был серьезный опыт, который не получишь, сидя в офисе или лаборатории», - вспоминает Виктор Феллер.

феллер
© sakhalin-1.com/ Буровая установка «Ястреб», лицензионный блок Чайво

Эксперт успел поработать на всех месторождениях «Сахалина-1» и «Сахалина-2» - на буровой «Ястреб» на месторождениях Одопту и Чайво, нефтяной платформе «Моликпак» и газовой платформе «Лун-А». Условия залегания сырья на острове исключительны, поэтому строительство скважин всегда связано с большими рисками.

«Полученный там опыт бурения и работа в команде с мировыми лидерами стали базисом, на котором я сегодня стою, и который помогает при строительстве карьеры», - считает Виктор Феллер.

Сегодня он вспоминает, что попасть на работу в европейскую компанию Geoservices оказалось очень непросто. Необходимо было подтвердить хорошее знание иностранного языка и написать тест, оценивающий профессиональный уровень. Это был «талмуд, в который входило порядка 500 вопросов». Кроме того, испытание включало несколько интервью с руководителями.

«Это оказалось вполне осуществимым, так как после обучения и работы в вузе я хорошо ориентировался в технологиях и оборудовании. В компании это быстро поняли и предложили место в штате. Правда, вне зависимости от уровня молодого сотрудника, в первое время он не будет допущен до серьезных технологических процессов. Требования безопасности диктуют свои условия. Пока выпускник не познакомится со всем производством, к нему нет доверия. Более того, в первое время ему приходится носить зеленую каску, как предупреждающий знак. Буквально. Также, в идеале предоставляют специалиста-куратора, который сопровождает его на объекте. Это общемировая практика, направленная на исключение любых рисков и аварий», - объясняет Виктор Феллер.

Он работал вахтовым методом с графиком «четыре недели труда/ четыре недели отдыха». В течение пяти лет инженер жил между Санкт-Петербургом и Сахалином. Это стало своеобразным образом жизни – многочасовые перелеты, борьба с джетлагом (синдромом смены часового пояса), невозможность быть рядом с семьей и многое другое. Именно поэтому, несмотря на то, что подобные проекты дают незаменимый опыт, чаще всего они остаются временным явлением. Отличным стартом к последующим успехам.

феллер
© Из личного архива

«Я узнал, что Отдел экспертизы шельфовых проектов ПАО «Газпром» ищет главного эксперта и отправил резюме. Мой background заинтересовал компанию – кандидат наук с опытом работы «в поле» - на сложных производственных объектах – как тогда, так и сейчас, считается большой редкостью. Я успешно прошел несколько собеседований и выполнил тестовое задание, которое делал на Сахалине во время вынужденного недельного перерыва в ожидании летной погоды перед заездом на Моликпак. Итак, сегодня я занимаюсь координацией строительства дальневосточных шельфовых проектов ПАО «Газпром», в частности речь идет о газоконденсатных месторождениях в рамках «Сахалина-3». Мы проводим экспертизу проектных решений и сметной документации перед ее утверждением в компании, повышаем экономическую эффективность реализации проектов компании, работаем с подрядчиком по подбору оборудования, обоснованию и корректировке предлагаемых проектных решений. С точки зрения технологий практически всегда есть какие-то решения, которые можно откорректировать и в результате сократить стоимость всего обустройства месторождения. В настоящее время я занимаюсь одной из наиболее актуальных в отрасли тем», - рассказывает выпускник Горного университета.

По его словам, заработанная плата в зарубежных и российских нефтегазодобывающих компаниях на аналогичных должностях сопоставима. Единственное отличие – иностранные операторы на стартовых этапах создания того или иного проекта готовы обеспечивать несколько больший доход привлекаемым сотрудникам экспатам. Эта тенденция характерна для всех стран, занятых в добыче полезных ископаемых, и объясняется необходимостью мотивировать специалистов к временному переезду. Однако по ходу реализации задач компании стремятся минимизировать количество приглашенных из других государств кадров, и уровень зарплат выравнивается.

Сегодня Виктора Феллера регулярно приглашают в его альма-матер участвовать в приеме государственных экзаменов, а также для образовательной работы со студентами. В рамках своих визитов эксперт делится практическим опытом с будущими специалистами отрасли.

«Все громче из всех рупоров предрекают закат нефтяного века. Однако по-прежнему большая часть техники – автомобильной, авиационной и морской - потребляет «жидкое золото». Со временем эта тенденция будет утихать, но нефть неминуемо останется востребованным товаром для производства химических продуктов. Мы перешагнем в газовый век, который рано или поздно тоже закончится. И у меня есть подозрение, что общество опять вернется к углю, если не найдет адекватный способ собирать и накапливать чистую энергию», - резюмирует специалист.

Подписывайтесь на наши каналы:Google NewsGoogle НовостиYandex NewsЯндекс НовостиYandex ZenЯндекс Дзен