Перейти к основному содержанию

Владимир Литвиненко: «Россия должна стать мировым центром борьбы за минимизацию техногенного воздействия на природу»

Литвиненко
© Форпост Северо-Запад

В Египте прошёл очередной климатический саммит, по итогам которого было подписано соглашение об увеличении объёмов использования «энергии с низким уровнем выбросов». Никаких конкретных договорённостей достигнуто не было, более того, многие участники конференции выразили разочарование деструктивной позицией «богатых стран». И отсутствием с их стороны реальных действий, направленных на сокращение выбросов парниковых газов.

Особое раздражение у африканских и азиатских делегатов вызвали слова председателя Европейской комиссии Урсулы фон дер Ляйен, заявившей, что финальная декларация «является всего лишь маленьким шагом на пути к климатической справедливости». Они резонно полюбопытствовали, что входит в понятие «справедливость» для Евросоюза, обещавшего, начиная с 2020 года, ежегодно выделять по 100 миллиардов евро на борьбу с климатическими изменениями по всему миру. Такими, например, как наводнения и засуха. Ни копейки из этих средств до развивающихся государств не дошло, при этом сама Европа «продолжает наносить планете столько ущерба, сколько ей заблагорассудится».

«Африка создала свой собственный фонд по борьбе с климатическими рисками, капитализация которого достигла 14 миллиардов долларов. Это является тревожным сигналом для мира, разочарованного пустыми обязательствами богатых стран… Их послание на конференции ООН по климату было предельно ясным: спасение утопающих – дело рук самих утопающих. Африка услышала это и сделала выводы… Азия тоже должна принять это к сведению. Особенно Мьянма, Пакистан, Филиппины, Бангладеш, Таиланд и Непал, которым больше всего угрожают последствия изменения климата», - пишет Aljazeera.

ветрогенератор
© pixabay.com

Не меньшее возмущение вызывает и двойное толкование экологических стандартов со стороны еврокомиссаров. Они искренне гордятся своими успехами на пути к «энергопереходу», которые заключаются в выделении ничем не обеспеченных средств на строительство ветропарков и солнечных электростанций (что является одной из причин глобальной инфляции). При этом за два последних года потребление угля – наиболее вредного для окружающей среды ресурса - выросло в ЕС почти на 20%. То есть объём эмиссии парниковых газов с территории Евросоюза, очевидно, увеличился. Почему же тогда Брюссель до сих пор считает себя локомотивом, везущим всё мировое сообщество к счастливому безуглеродному будущему?

Подобного рода вопросы в последнее время звучат со стороны представителей развивающихся государств всё чаще и чаще. А их разочарование отсутствием эффекта от работы действующих площадок, где обсуждаются вопросы декарбонизации, становится всё больше и больше. Но способен ли кто-то в мире перехватить пальму первенства у Запада и предложить свою реалистичную программу минимизации антропогенного воздействия на окружающую среду в глобальном масштабе? Как бы на первый взгляд, это ни казалось странным, но эту роль вполне способна взять на себя Россия.

Наша страна – одна из немногих в мире, которая не наращивает потребление угля. Оно находится на стабильном уровне - чуть выше 200 млн тонн, это почти в 3,5 раза меньше, чем в ЕС. Параллельно идёт процесс социальной газификации домохозяйств, в рамках которой к 2025 году будет построено почти 25 тысяч километров межпоселковых газопроводов и созданы условия для подключения 4 миллионов новых потребителей. Возводятся новые блоки АЭС, солнечные электростанции, прежде всего, в тех регионах, где фиксируется максимальное количество ясных дней, а также ветропарки. Только в прошлом году на юге России были введены в эксплуатацию 13 ВЭС.

солнечная панель
© Форпост Северо-Запад

«У нас с Евросоюзом изначально было расхождение во взглядах относительно того, какая стратегия в деле сокращения выбросов позволит добиться максимальной эффективности. В Европе сделали акцент на развитии возобновляемых источников – ветрогенераторов и солнечных панелей. Мы же, учитывая их высокую материалоёмкость, низкий коэффициент использования установленной мощности, нестабильность генерации электричества, которая зависит от капризов погоды, и отсутствие доступных технологий для аккумуляции выработанной ими энергии, указывали на то, что ВИЭ в обозримой перспективе могут использоваться лишь в сочетании с ископаемым топливом. Прежде всего, природным газом, поскольку он способен обеспечивать пиковые нагрузки на сеть, то есть гарантировать энергобезопасность, и одновременно минимизировать негативное воздействие на природу. Сегодня мы видим результат упорства наших европейских партнёров – удвоение счетов за электроэнергию для населения, банкротство предприятий, неспособных оплачивать эти квитанции, дефицит тепла и рост эмиссии парниковых газов за счёт увеличения объёмов сжигания угля на ТЭЦ», - говорит ведущий эксперт в области ТЭК, ректор Санкт-Петербургского горного университета Владимир Литвиненко.

Видим это не только мы, но и представители многих других стран. Именно поэтому на Международный форум «Природопользование и сохранение всемирного природного наследия», который откроется в городе на Неве 2 декабря, прибудут делегаты из 70 стран мира. Их цель - обмен опытом внедрения технологий, минимизирующих антропогенное воздействие на окружающую среду и эмиссию парниковых газов, а также выработка решений, способствующих консолидации усилий мирового сообщества в этом направлении.

«Россия, по-прежнему, открыта для интеграции в международное научно-образовательное сообщество. Более того, наша страна вполне способна стать одним из центров притяжения для политиков, учёных и бизнесменов со всего мира, стремящихся не на словах, а на деле минимизировать негативное воздействие на экосистемы. Речь идёт не только о внедрении технологий улавливания парниковых газов, но также о рекультивации земель, очистке воды, вовлечении во вторичный оборот промышленных отходов. Наши учёные уделяют подобного рода исследованиям повышенное внимание, и мы, безусловно, готовы поделиться своими наработками с зарубежными коллегами», - отметил Владимир Литвиненко.

Арктика
© Форпост Северо-Запад

Предстоящий форум, который пройдёт на площадке старейшего технического вуза России, в конгресс-холле МФК «Горный» – лишь небольшой шаг на пути к обретению такого статуса. Гораздо более важно окончательно расстаться с пережитками неолиберальной экономической модели, навязанной нам Западом в 90-е годы прошлого века. И события тридцатилетней давности, происходившие в нашей стране, и нынешний европейский кризис ясно указывают на то, что она выгодна лишь узкой группе бенефициаров и совершенно не учитывает интересы основной массы населения.

По мнению ректора, ей на смену должна прийти мобилизационная модель развития народного хозяйства. Она заключается, в том числе, в резком усилении роли государственного регулирования в краеугольных для нашей страны отраслях, прежде всего, в минерально-сырьевом секторе.

«Общество воспринимает термин «мобилизационная экономика» отрицательно, это не секрет. Но происходит это исключительно из-за негативных ассоциаций с ущемлением различных прав и свобод. Многие полагают, что достижение краеугольной цели, а она заключается в сохранении государственности, станет тормозом для решения других задач, таких, например, как прогресс малого и среднего предпринимательства. На самом деле это не так. Государство ни при каких условиях не должно играть роль работодателя и участвовать в производственных процессах, это функция бизнеса. Речь идёт лишь о выработке прозрачных и выгодных всем участникам рынка нормативов и требований, а также надзоре за их надлежащим исполнением», - пояснил Владимир Литвиненко.

В качестве примера он привёл горнорудные или нефтегазовые компании, которые сегодня получают основную прибыль от экспорта сырья, в связи с чем не проявляют должный уровень заинтересованности в развитии перерабатывающих предприятий на территории страны. В случае же перехода на мобилизационную модель развития государство получит возможность ставить перед ними чёткие задачи, касающиеся, например, объёмов добычи и доли полезных ископаемых, которая обязательно должна быть вовлечена в глубокую переработку с последующим изготовлением продукции конечного потребления.

СИБУР
© Форпост Северо-Запад

«Не секрет, что большая часть государств, обладающих богатой ресурсной базой, монетизирует сегодня не более 20% реальной стоимости добытых в их недрах полезных ископаемых. Это в лучшем случае. Те развивающиеся страны, на территории которых работают по договорам концессии западные трансатлантические корпорации, не могут похвастаться и этой цифрой. Всё остальное получают импортёры, занимающиеся переработкой и производством высокомаржинальных товаров. Очевидно, что подобное распределение доходов несправедливо, оно не учитывает интересы населения тех стран, которые поставляют минеральное сырьё на мировые рынки, в том числе и интересы жителей нашей страны. А корни такого положения дел уходят в эпоху колониализма, когда наиболее развитые на тот момент державы, обладающие прогрессивным флотом, богатели за счёт экспроприации ресурсов в Африке, Азии и Америке», - считает Владимир Литвиненко.

Основная опасность, которая подстерегает Россию на пути к сохранению статуса одного из мировых центров многополярного мира, - это, само собой, технологическая отсталость. Особенно, в таких отраслях, как машиностроение и нефтепереработка. Если её не преодолеть, вероятность возвращения страны в 90-е и её превращения в западную колонию, миссия которой – лишь снабжать постиндустриальные страны дешёвыми ресурсами, окажется очень высокой.

Для того, чтобы избежать такого развития событий, Правительство должно, прежде всего, мотивировать учёных. Причём не только финансово, но и за счёт постановки конкретных задач и создания условий для коллаборации с промышленными предприятиями. Именно рост уровня государственного регулирования позволит добиться этой цели, а также устранить дефицит компетентных инженерных кадров, обеспечить достаточный для устойчивого развития прирост запасов полезных ископаемых и поспособствовать созданию технологических цепочек, которые начинаются с добычи сырья и завершаются выпуском товаров конечного потребления, что стимулирует внутренний спрос.

Не менее важен переход на мобилизационную экономическую модель и для минимизации антропогенного воздействия на природу. Государство обязано выработать такие критерии, которые, с одной стороны, позволят недропользователям вести рентабельный бизнес, а с другой – сделают внедрение наилучших доступных технологий обязательным условием этого бизнеса. Либеральная идеология, к сожалению, подобных требований к компаниям не предъявляет. И техногенные аварии, происходившие в последние годы в самых разных регионах планеты, да и в нашей стране тоже, служат лишним тому доказательством.