Пока Банк России с решительностью хирурга проводит над отечественной экономикой очередной эксперимент ужесточения денежно-кредитной политики, Федеральная резервная система США напоминает осторожного гомеопата. На экстренном заседании 14 февраля они снова лишь намекнули на вероятное повышение ставки, но не раньше 16-го марта. При инфляции 7,5% годовых она всё ещё находится на уровне 0,25%. В России же рост цен на 8,7% побудил регулятор поднять ключевую ставку до 9,5%.
Это значит, что снова повысится доходность вкладов граждан и депозитов предприятий в банках. Появится смысл сберегать, а не тратить. Следом вырастут ставки по кредитам. Значит потенциальным заёмщикам придётся отложить покупки. Производители, соответственно, притормозят развитие своего бизнеса.
В российском Центробанке (ЦБ) считают, что отечественная экономика перегрета. Вину, как не парадоксально, возлагают на большие успехи в обуздании безработицы. Регулятор констатирует её возврат на исторически низкий уровень. Дефицит работников, по мнению ЦБ, не даёт промышленности наращивать выпуск продукции. Банкиры считают, что из-за этого производство не поспевает за спросом, провоцируя рост цен. Что же делать правительству, чтобы помочь экономике? Не раскачивать же безработицу.
Понимание ситуации обычно облегчает сдвиг угла зрения с небес на землю. Вот и «Форпост» предлагает для рассмотрения запутанного вопроса обратиться к данным петербургской региональной Службы занятости.
В тон руководству Центробанка она рапортует о резком сокращении количества безработных на регистрационном учёте. В конце 2020 года в Петербурге официально их было 105 тысяч человек. К февралю 2022 года – всего около 20 тысяч. Свободных рабочих мест снова больше, чем потенциальных желающих их занять (28 тысяч).
Служба занятости перечисляет дефицитные специальности. Некоторые из них относятся к категории самых массовых: дворник, продавец-кассир, водитель такси. Избыток вакансий также в строительной отрасли и коммунальном хозяйстве: каменщик, бетонщик, маляр, штукатур, плотник, электрогазосварщик, монтажник, электромонтёр, слесарь-сантехник. Особняком стоит профессия инженер-технолог. Она в ТОП-10 самых востребованных. Действительно на портале «Работа России» по Петербургу около 600 таких вакансий. Возьмём одну навскидку. Требования: высшее техническое образование, опыт работы от 5 лет, знание английского языка. Условия: зарплата 35 тысяч рублей, работа на полный рабочий день в пригороде.
Работодатель – промышленное предприятие, вероятно, не может платить больше. Низкий спрос на продукцию, дорогие кредиты, и перспектива усугубления всего этого из-за запущенного ЦБ повышения ставок.
Оценим вакансии ещё одной востребованной профессии – дворника. Зарплата 30-40 тысяч рублей при неполном рабочем дне. Территориально можно найти самую удобную локацию. Прекрасная альтернатива работе инженером-технологом. Только непрестижная. Лучше пойти в таксисты – обещают 80 тысяч рублей дохода. К тому же пусть не диплом университета, так хотя бы водительские права пригодятся. И подоходный налог не 13%, а 4% в связи с самозанятостью.
Трудовых мигрантов стало заметно меньше, и дефицит рабочих рук в сфере торговли, транспорта и коммунального хозяйства начал двигать там зарплаты вверх. Экономика перегрелась - констатирует ЦБ. По рыночным канонам рабочая сила должна перетечь в дефицитные сферы. Благо переобучения в большинстве из них практически не потребуется.
Однако этого не происходит. При этом подавляющее большинство россиян (80%) выражают желание сменить работу. В первую очередь люди недовольны своими заработками, но вопреки законам рынка они не рвутся в таксисты и дворники. Предпочитают сохранить квалификацию, пусть даже за неё уже почти не платят.
Возникает ситуация неразрешимого структурного дисбаланса. В Петербурге и Ленобласти с 2017 по предпандемийный 2019-й год количество занятых на обрабатывающих производствах сократилось на 7,1 тысячу человек, до 455,6 тысячи. В науке людей стало меньше на 12,4 тысячи человек. В образовании на 2,2 тысячи. Тем не менее дефицита кадров в этих отраслях нет. Потому что они продолжают сжиматься. В 2021-м году Росстат показал увеличение количества занятых на обрабатывающих предприятиях на 3,8%. Вероятно, причина в исключении из текущей отраслевой статистики субъектов малого предпринимательства. Очевидно, что там огромные сокращения, и часть людей переходит на большие предприятия. В целом же ситуация прозрачна – отрасль, создающая реальную добавленную стоимость, сжимается.
Этот процесс можно было бы отнести к переходу на рельсы постиндустриальной экономики. Однако, в развитых странах он сопровождается в первую очередь расширением сферы услуг. У нас иначе. В Петербурге с 2017 по 2019 год постиндустриальная категория работников поредела на 6,6 тыс. человек.
Невостребованных рынком профессионалов утилизируют торговля и транспорт. В 2010 году в Петербурге и Ленобласти эти сферы замыкали на себя более 855 тысяч человек. Уже неоправданно много, по сравнению с производством и наукой. А к 2019-му году количество занятых там дошло до 921 тысячи. Почти миллион продавцов и водителей. И именно здесь сегодня ощущается кадровый голод.
Служба занятости составила портрет типичного петербургского безработного. Это бывший служащий 30-49 лет с профессиональным образованием, уволившийся с предприятия по собственному желанию. Через пять месяцев после обращения на биржу труда он автоматически теряет статус безработного. Потому что вакансии есть. Пусть дворника, но не губернатору же чистить от снега городские улицы.
При такой политике безработица даже теоретически не сможет оторваться от минимальных значений. Хотя по большому счёту все 80% россиян недовольных своей работой могут считаться потенциально безработными. Поскольку дела, соответствующего их квалификации и потребностям в минимально необходимом доходе, рынок им предложить не может. Значит, идея о стимулировании создания 25 миллионов высокопроизводительных рабочих мест была не так уж плоха.
Какова же при уровне реальной безработицы 80% должна быть стимулирующая экономическую активность ключевая ставка Центробанка? Может быть те же 0,25%, как в Америке?