Большая часть полевого сезона в Антарктиде позади, но уже сейчас можно сказать, что за довольно короткий летний период исследователям удалось сделать многое.
Еще накануне начала экспедиции ректор Санкт-Петербургского горного университета императрицы Екатерины II и научный руководитель проекта вуза «Комплексные геолого-геофизические исследования глубинного строения Восточной Антарктиды» обозначил перед участниками партии задачи, которые предстоит решать российским ученым:
«Восточная Антарктида менее исследована в сравнении с Западной. В предыдущие годы мы проводили узкопрофильные работы, прежде всего, касающиеся создания новых методов разрушения толщи льда и изучения протекающих при ее бурении процессов. Несмотря на то, что в ходе освоения континента было проведено множество исследований, принесших революционные научные результаты, в других областях знаний по-прежнему остаются «окна» неопределенности, которые нам еще предстоит закрыть. Как образовалась ледовая толща на континенте? Насколько лед однороден, если учесть, что в разные периоды осадконакопление происходило в различных условиях и с различными физико-химическими свойствами? Что происходит подо льдом? Как влияют на Белый континент тепловые тектонические процессы? Отдельным предметом для исследований является основание материка – Антарктическая платформа, большая часть которой в пределах побережья Восточной Антарктиды представляет собой верхнеархейский кристаллический фундамент. Эти и другие вопросы не получили однозначных ответов».
В прошлом сезоне 70-ой РАЭ горняки искали место для бурения в районе станции Прогресс и проводили геологические и геофизические маршруты, которые стали началом масштабной работы по построению тектонической схемы и по уточнению особенностей геодинамической эволюции Восточной Антарктиды. Были получены первые результаты по детализации тектонического строения и химического состава редкометальных пегматитов полуострова Брокнес.
В текущем сезоне 71-ой РАЭ выявленные закономерности необходимо подтвердить на удаленном полуострове Стурнес, который является особо охраняемым районом Антарктиды. Именно туда была направлена группа ученых, которая в 20 км от Прогресса, совершенно обособленно, осуществляет геологические и геофизические работы – от отбора ориентированных образцов горных пород до площадных магниторазведочных работ.
«Мы закончили основной объем рекогносцировочных работ, и сконцентрировались на проведении специализированных геологических исследований на наиболее интересных выделенных ранее участках. Стурнес получил свой статус памятника природы под открытым небом благодаря уникальной борной минерализации, и ее картирование производит неизгладимое впечатление. Детальное описание и опробование минералов и структур, которые в учебниках описываются лишь под микроскопом и как крайне редкие, здесь видны невооруженным глазом. Их размеры исчисляются сантиметрами, и они формируют целые обнажения, размером десятки метров, что потрясает воображение. Среди открытий, о которых стоит упомянуть уже на этапе полевых работ, можно выделить обнаруженные нами тела пегматита с хризоберилловой минерализацией, в принципе ранее неописанной на территории полуострова, и пегматита с гигантскими кристаллами черного кварца – мориона, который, как правило, нетипичен для высокотемпературных парагенезисов, преобладающих на территории холмов Ларсеманн», - отметил ассистент кафедры исторической и динамической геологии Никита Крикун, руководящий геологическими работами Горного университета в рамках 71-ой РАЭ.
По мнению ученых вуза, эти новые данные позволят по-новому взглянуть на историю развития региона. Согласно существующим представлениям о его геологическом строении породы там сформировались при очень высоких температурах – свыше 700 градусов. Однако найденные горняками минеральные ассоциации говорят об иных геодинамических, магматических, геохимических обстановках с более низкими температурами формирования (400-450 градусов), другими глубинами и давлениями. Чтобы образовались настолько крупные кристаллы черного кварца, процессы должны были быть более статичными и менее глубинными, нежели это было принято считать до текущих полевых исследований. Новая информация меняет представление о генезисе не только исследуемого полуострова, но и Восточной Антарктиды в целом.
В рамках выполнения программы геофизических работ на полуострове окончена также плановая площадная магнитная съемка в масштабе 1:25 000.
«В настоящее время начаты детальные исследования для заверки выявленных магнитных аномалий и их оконтуривания, отражающих сложное и весьма неоднородное геологического строение изучаемого участка. Для более точной интерпретации получаемых результатов проведены комплексные геолого-геофизические наблюдения вдоль опорного профиля протяженностью 2.4 км и пересекающего практически все геологические комплексы, типичные для полуострова Стурнес. Работы включали в себя: подробное геологическое описание с опробованием всех литологических разностей и их зарисовкой, магнитометрические и радиометрические измерения, в том числе и изучение содержаний естественных радионуклидов, а также аэрофотограмметрическую съемку с целью построения ортофотопланов, цифровых и трехмерных моделей местности. В дальнейшем полученные данные будут использованы для построения физико-геологических моделей Восточной Антарктиды и изучения ее строения и эволюции», - рассказал ведущий инженер Научного центра «Арктика» Дмитрий Ушаков.
Отдельно ученые рассказали об условиях, в которых они живут и работают. Казалось бы, удаленность в 20 км от станции Прогресс, где предусмотрены сауна и спортзал, кабинеты и мастерские, санчасть и камбуз, не такая значительная. Однако в условиях Белого континента на их преодоление может уйти до четырех часов. Поэтому группа горняков из четырех человек здесь работает автономно от основного коллектива.
«Самостоятельная организация быта достаточно типичная для маленьких геологических отрядов. С этой стороны, нет ничего удивительного в том, что до и после маршрутов, которые могут продолжаться 12 часов, мы должны заниматься приготовлением пищи, доставкой воды, обслуживанием дизель-генератора и другим бесконечным количеством малых дел. С другой стороны, проживание от мест концентрации людей в Антарктиде позволяет насладиться всей дикостью и недоступностью здешней природы. В 50 метрах от нашего жилого балка уже две недели стоят четыре императорских пингвина. Около полыньи, оставшейся от «Академика Федорова» в припайном льду фьорда Тала, отдыхало 10 тюленей Уэделла. В последний день января мы заметили пятерых косаток, которые приплыли на них поохотиться. Они выбрасывали фонтаны, взмахивали хвостами, поднимая волны и приводя тюленей в панику. Более смышленые животные неловко отползли подальше от воды, менее – нырнули в нее. Две наиболее крупные косатки после обеда сразу уплыли, а три, в том числе один детеныш, - еще долго резвились в полынье, что позволило нам любоваться самыми опасными морскими хищниками и сделать несколько фотографий с квадрокоптера. Еще в детстве я мечтал увидеть их вблизи в дикой природе, поэтому такие незабываемые моменты с огромным преимуществом перевешивают отсутствие некоторых удобств в лагере», - поделился Никита Крикун.
«Скоро нам предстоит покинуть полуостров Стурнес и вернуться на станцию, откуда мы уже отправимся на Большую Землю. За месяц жизни в условиях практически полной изоляции мы сумели обустроить жилище - старенький, но надежный и уютный балок советской постройки. Для комфортной жизни человеку нужно закрыть хотя бы часть потребностей, в первую очередь самых базовых, и наш балок с этим неплохо справляется. Он расположен на западном берегу фьорда Тала - на самом краю Антарктиды. Сердце вагончика - дизель, от которого зависит, будет ли в жилище тепло, сможем ли мы готовить еду, сушить промокшие вещи и, конечно же, выходить на связь с родными и близкими. Дизель стоит хороший и надежный. Он мерно тарахтит целыми днями, а на ночь замолкает - мы отключаем его, так как в балке за день накапливается тепло, и толстые стены не дают помещению быстро остыть», - рассказал Иван Бабенко, инженер-исследователь НГП «Антарктида».
«Имеются плита, кастрюли, сковородки, тарелки и столовые приборы. Мы носим воду из ближайших озер или топим снег. Готовим по парам через день. Из продуктов нам выдали целый запас тушеного мяса, консервированных овощей, хлеба, круп, а также такая роскошь как шоколад, кофе, орехи и сухофрукты. Геологам и геофизикам, привыкшим к самым спартанским условиям полевой работы, этого более чем достаточно. Мы не испытываем нужды ни в чем и можем полностью сконцентрироваться на работе, которая приносит ощутимые и очень многообещающие результаты», - добавил Иван.
