Первые задокументированные упоминания о вузовских наставниках относятся к 15-му веку. Тьюторы появились в старейших британских университетах Оксфорде и Кембридже. Они помогали молодым людям адаптироваться к студенческой жизни, максимально раскрыть способности и решать образовательные или даже личные проблемы.
Идея наставничества распространилась к сегодняшнему дню практически на все вузы мира. В истории высшего образования существовал лишь непродолжительный период в 1960-е годы, когда на волне либерализации образования педагогические журналы в разных странах обвиняли систему тьюторства (или менторства, академического консультирования) в недемократичности и препятствовании развитию у студентов независимого мышления.
«Наставник — это голос в безмолвии, направляющий на путь истинный, даже когда путь кажется потерянным» — эти слова писателя Александра Фадеева сегодня уже не оспариваются ни в одном университете. При этом система наставничества может быть организована по-разному. Для Санкт-Петербургского горного университета императрицы Екатерины II эта тема стала одной из ключевых при построении новой модели инженерного образования в рамках президентского пилотного проекта (указ от 12 мая 2023 года). Здесь наставники из числа преподавателей постоянно сопровождают студента в течение всего 6-летнего периода обучения. В период практики к ним присоединяются производственные наставники из числа сотрудников предприятий-партнеров.
Применительно к студентам 1-2 курсов наставничество организовано в форме кураторства студенческих групп. «Форпост» взял интервью у кураторов – заместителя проректора по базовому инженерному образованию по воспитательной работе Эдуарда Муратбакеева и доцента кафедры высшей математики Веры Беднаж.
– Как проходит ваша первая встреча с курируемой группой?
– Вера Беднаж: «Я начала работать в Горном университете три года назад, как раз когда вуз вошел в пилотный проект. Попала с корабля на бал – проходила адаптацию одновременно со студентами. Первая моя встреча с курируемой группой, где я также вела математику, состоялась 1 сентября на кураторском часе. Он проводится еженедельно. Каждый раз обсуждается какая-то заранее запланированная тема, а далее идет разговор с группой в режиме вопрос-ответ. Мне, начинающему куратору, тогда существенно облегчил работу помощник из числа старшекурсников. К каждой группе первокурсников на первые два месяца прикрепляется такой помощник, как правило, той же специальности. Он встречает «новобранцев» еще до первого звонка, помогает адаптироваться на первых порах.
Первый кураторский час начинается со знакомства. Куратор рассказывает о себе, каждый из студентов также проводит короткую самопрезентацию: откуда приехал, какие имеет интересы и достижения помимо учебы и какова его мотивация к поступлению в Горный. Затем мы выбираем старост и их заместителей, как правило, находятся 3-4 желающих. Кандидаты приводят аргументы в свою пользу, затем голосование».
– Эдуард Муратбакеев: «Добавлю, по результатам первой встречи на кураторском часе мы начинаем формировать журнал куратора. В этот конфиденциальный документ заносятся основные анкетные данные о каждом студенте и дополнительные сведения, от аллергии до хобби. Последнее, например, может пригодиться куратору при организации внеучебных мероприятий: когда большая часть группы предпочитает футбол предложение посетить театральную постановку может оказаться неактуальным.
При переходе ребят на 3 курс, кураторы передают эстафету шефства над группой наставникам по специальности – вместе с накопленными знаниями о каждом студенте».
– Перейдем к рассказу о повседневной работе куратора.
– Вера Беднаж: «Главное, что куратор всегда был на связи со студентами, особенно со старостами, и с их родителями через отдельное сообщество в соцсетях, по телефону. Так сложилась, что в первой моей группе подобрались люди тревожные, психологически неустойчивые. Сплоченная группа, но тяжеловата для них оказалась учебная нагрузка: стрессовали перед экзаменами, испытывали сложности с самоорганизацией. Один из первокурсников, например, осваивал программу старших классов школы в отрыве от сверстников – остался на домашнем обучении по окончании вспышки коронавируса. Естественно, что в вузе у него возникли сложности с адаптацией.
В какой-то момент я поняла, что моей поддержки недостаточно. Идея организовать цикл групповых консультаций психолога оказалась удачной. Профессиональные тренинги помогли ребятам войти в учебную колею, лучше познакомиться друг с другом».
– Вопрос к Эдуарду, как организатору кураторства. Расскажите, как распространяются удачные кейсы отдельных кураторов в рамках системы наставничества?
– Эдуард Муратбакеев: «Все кураторы делятся со мной своими идеями. Если речь идет о проектах, которые могут быть интересны и для других групп, информация о передовом опыте распространяется на всех через кураторский чат или на встречах кураторского актива. Старшие кураторы кафедр доводят лучшие практики до коллег, так что проблем с коммуникациями у нас нет».
– Кураторство существовало в Санкт-Петербургском Горном и до начала президентского пилотного проекта, как оно было организовано?
– Эдуард Муратбакеев: «Лет 5-7 назад на весь факультет фундаментальных и гуманитарных дисциплин, предшественник нашего Института базового инженерного образования, приходилось не более 15 кураторов. Сегодня, как правило, у каждой студенческой группы отдельный куратор [студенческий контингент института составляет более 4 тысяч человек].
Тогда уже мы начали повышать значение кураторства, и, помню, что это встречало непонимание среди части преподавателей старой закалки. Раньше считалось нормой, что студент видит куратора дважды – 1 сентября первого курса и при получении диплома. Конечно, это неправильно. К тому же сегодня студенты все-таки менее самостоятельны, им без поддержки наставника тяжело. Раньше мы в семилетнем возрасте могли уехать на велосипедах за город, а сегодня даже детей постарше у школы встречают родители. Охрана не выпустит ребенка, даже если ему всего 100 метров идти до дома. Времена изменились, это факт».
–Как кураторы мотивируют сегодняшних менее самостоятельных детей к обучению, к участию в общественной жизни?
– Эдуард Муратбакеев: «Одна из моих групп находилась в числе самых слабых по баллам. Выбор специальности, соответственно, им был предложен по остаточному принципу, и многие оказались на своей специальности (электротехника) вынужденно. Пришлось дать им духоподъемный пример.
Рассказал об университетском товарище. Сегодня он рядовой инженер-электрик, но вполне реализовавшийся в профессиональной сфере, и при деньгах. К тому же вполне удовлетворил свою страсть к путешествиям: в течение года он в силу вахтового характера работы успевает поездить по стране и даже побывать за границей. Часто попадаются великолепные места. Например, недавно человек 2 месяца работал у моря на объекте в Анапе. Высокая зарплата позволяет далеко и интересно путешествовать и во время отпуска. Руководящих должностей он не занимает, зато достиг самореализации, имеет хорошую квартиру и дорогой автомобиль.
Этот мой рассказ, помню, изменил отношение группы к специальности. Кстати, подобные мотивирующие истории были необходимы в большей степени студентам первого набора в рамках пилотного проекта (2023 год). Они поступали на 4-летнее обучение, но почти сразу перешли на 6-летнее. Многие были временно дезориентированы. Следующий поток оказался уже более осознанным.
В течение первых двух лет обучения мы даем возможность студентам сменить специальность. Абитуриенты 2024 и тем более 2025 года уже знают куда идут и корректировки специальности проходят в режиме «тонкой настройки». Скажем, химики переходят с неорганики на органику.
Что касается общественных мероприятий, то выпускники школ к нам приходят вполне мотивированными, в том числе в вопросах патриотического воспитания. Тем не менее, куратору все равно важно найти нужные слова».
– Вера Беднаж: «На одном из моих кураторских часов ребята из Белгородской области рассказали одногруппникам о подробностях жизни вблизи зоны боевых действий СВО. В другой раз слушали студента, у которого родители занимаются сбором гуманитарной помощи для наших бойцов. Все это примеры патриотического воспитания без намека на формализм.
Живые истории всегда воспринимаются с большим интересом. Особенно встречи «Час с героем», на которые к нам приходят участники спецоперации. Студенты их потом по полчаса не отпускают – засыпают вопросами.
После таких встреч ребята уже совершенно осознанно едут на субботники на Невском пятачке или участвуют в мероприятиях в годовщину снятия блокады Ленинграда, в День Победы. Однажды во время акции «Свеча памяти» полил проливной дождь – ребята прикрыли свечи руками, никто не ушел под крышу».
–Каковы для вас, как кураторов, критерии успеха своей работы?
– Эдуард Муратбакеев: «Это успехи и достижения наших студентов, а также слова благодарности от них. Наш первый студенческий поток еще учится. Надеюсь, по окончании университета у них останутся теплые воспоминания о кураторах. А вот благодарности от родителей уже получаем регулярно. Довольны нашими студентами и выпускающие кафедры, которым мы передали свои группы по окончании 2 курса. Говорят: небо и земля, по сравнению с предыдущими потоками – работоспособны, мотивированы. Известно, что некоторые преподаватели выпускающих кафедр предпочитают набирать себе дипломников среди третьекурсников, то есть участников пилотного проекта, а не на 4 курсе».
–Как кураторы помогают студентам с профориентацией?
–Эдуард Муратбакеев: «Даем советы по выбору наиболее полезных для профессионального становления курсов дополнительных компетенций. Круг возможных вариантов очень широк – несколько сотен позиций. Организуем также встречи с работниками выпускающих кафедр. Это помимо регулярных актовых лекций, в которых их представители рассказывают о своих специальностях.
Работам со студентами и индивидуально. Например, в моей практике был случай, когда потребовалась помощь при смене специальности. На 1 курсе студент присматривался, подтягивал учебу, поскольку хорошие результаты сессии – это главное условие перехода. На 2 курсе он уже под моим патронажем начал предпринимать активные действия: подключился к исследовательской деятельности на своей будущей кафедре. Видно было, что человеку действительно интересно, что выбор осознан, и я с удовольствием координировал процесс».
– Как работаете с неуспевающими?
– Эдуард Муратбакеев: «Горный университет принципиально не тянет никого «за уши» в каждый следующий семестр, но некоторым действительно требуется помощь. Мы же в первую очередь преподаватели, а уже потом –кураторы. Можем дать компетентный совет, как действовать в случае возникновения задолженности. С некоторыми студентами приходилось разыгрывать предстоящий разговор с преподавателем буквально по ролям. Главный совет – ходить с утра до вечера и сдавать долги, не прекращать попыток, пока не подписан приказ об отчислении».