Перейти к основному содержанию

Александр Яковенко: Контуры стремительно меняющегося мира. Часть 2

Яковенко
© dipacademy.ru

Часть первая этой статьи была опубликована 2 августа 2022 года.

Подавляющее большинство азиатских стран, за исключением ближайших американских союзников, не пошли на принятие либо поддержку антироссийских санкций, противоречащих их базовым установкам, и отрицают саму логику подобных односторонних методов ничем не прикрытой экономической войны. Продолжает набирать темпы практическое взаимодействие азиатско-тихоокеанских стран на неконфронтационной основе в рамках не только ШОС, но также РИК, БРИКС, диалоговых структур АСЕАН и на других региональных площадках и форумах.

В контексте современных вызовов безопасности и развитию в АТР весьма важную стабилизирующую роль играет стратегическое взаимодействие России и КНР в новую эпоху, согласованная позиция сторон по которому была изложена в Совместном заявлении лидеров двух стран, принятом 4 февраля 2022 года. Такое взаимодействие объективно становится важнейшим фактором в деле создания благоприятных условий для формирования основ нового миропорядка.

Эта синергия призвана составить, по сути, одну из несущих опор будущего Большого Евразийского партнерства (БЕП), главная идея которого заключается в создании общего пространства сотрудничества на Евразийском континенте. Выступая на пленарном заседании Евразийского экономического форума (Бишкек, май), Владимир Путин подчеркнул своевременность задачи формирования комплексной стратегии развития такого партнерства как большого цивилизационного проекта равноправного сотрудничества, ориентированного на то, чтобы «изменить политическую и экономическую архитектуру, стать гарантом стабильности и процветания на всем континенте».

Глобальные перемены не обошли стороной и ситуацию вокруг Корейского полуострова. КНДР предсказуемо выступила в поддержку России, в то время как Республика Корея примкнула к «западному лагерю», хотя в отличие от Японии присоединилась к санкциям без энтузиазма и добилась для себя некоторых послаблений в применении западных санкционных «правил». Новое южнокорейское правительство, состоящее, в основном, из убежденных консерваторов, связанных с США, оставляет мало надежд на ослабление напряженности в регионе. А силовое давление на КНДР в контексте раскола мира, провоцируемого западниками, включая укрепление союза РК-США и их сотрудничества с Японией, лишь дестабилизирует ситуацию, что вызывает и соответствующую реакцию Пхеньяна (с января продолжается череда ракетных испытаний в КНДР).

Афганистан при власти Движения талибов (Талибан – террористическая организация, запрещенная в РФ) остается в центре внимания региональных и мировых держав. США и их союзники по НАТО, являющиеся виновниками критически бедственного положения афганцев, проявляют индифферентное отношение к их проблемам. Нарушения прав человека служат предлогом для предоставления стране символической гуманитарной помощи вместо жизненно необходимых финансовых вкладов в ее экономику. Проблем прибавляет террористическая деятельность формирований Исламского государства (террористическая организация, деятельность которой запрещена в России), а также вооруженное противоборство с правительством талибов оппозиционного Фронта национального сопротивления, который придерживается тактики партизанской войны. Партнеры же Афганистана единодушны в понимании необходимости формирования инклюзивного правительства, отражающего интересы основных этнополитических сил страны, оказания ей неотложной помощи. Наиболее важным условием взаимодействия с Афганистаном является его становление в качестве мирного, независимого государства, свободного от терроризма и наркопреступности, соблюдающего базовые нормы в сфере прав человека, проводящего политику дружбы и сотрудничества с соседними и другими государствами.

Афганистан
© Mohammad Husaini, unsplash.com

Венские переговоры между Ираном и США при посредничестве ЕС по восстановлению Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) и, соответственно, снятию односторонних американских санкций не приносят пока конкретных результатов. Вашингтон упорно отказывается от выполнения иранских условий достижения согласия, ключевыми из которых являются: исключение Корпуса стражей исламской революции из списка террористических организаций, а также установление реальных сроков отмены санкций и предоставление гарантий их невозобновления. Столкновение позиций сторон усилились после принятия Советом управляющих МАГАТЭ резолюции, подготовленной США, Великобританией, Францией и Германией, которая критикует Иран за отсутствие разъяснений по поводу следов урана на объектах, не заявленных в качестве относящихся к ядерной программе Исламской Республики. Москва и Тегеран в сложившейся обстановке демонстрируют стремление развивать конструктивный диалог и взаимовыгодное сотрудничество, в том числе в энергетической, машиностроительной, финансово-банковской, транспортно-логистической, сельскохозяйственной и других сферах, что убедительно продемонстрировал недавний визит президента Путина в Тегеран, в рамках которого состоялась встреча в верхах в Астанинском формате (Россия – Иран – Турция) по Сирии.

Под воздействием обострения мировой геополитической обстановки оказался Ближний Восток, где традиционно значительную роль играли глобальные игроки, что поставило страны региона перед непростым выбором. Большинство государств региона, в том числе страны, традиционно считавшиеся союзниками США, несмотря на оказываемое на них давление, предпочло позицию равноудаленности, не желая быть втянутыми в конфронтацию Запада с Россией. Фактически это означало их отказ от безоговорочного следования в фарватере политики Запада, растущую неуверенность относительно американского союзника и, как результат, все большую ориентацию на позиции расширяющегося круга других глобальных держав, включая Китай и Индию.

Важнейшим фактором, повлиявшем на позицию стран региона, является укрепление позиций России на Ближнем Востоке, где она вернула себе статус влиятельного внешнего игрока и значительно продвинулась в развитии разносторонних связей практически со странами региона, сформировав сферу общих интересов в области безопасности, экономики, энергетики, видения нового миропорядка. Недавний визит Байдена на Ближний Восток лишь вскрыл крах того, что называлось «стратегическим присмотром» США за этим регионом.

Благодаря миротворческим усилиям России, процесс урегулирования отношений между Азербайджаном и Арменией, стабилизации обстановки в регионе в целом начал приобретать позитивные очертания. Вместе с тем задачи, стоящие перед Баку и Ереваном по окончательному выходу из конфликта, достижению взаимного доверия и согласия, весьма сложны. Камнем преткновения на данном этапе является требование армянской стороны о предоставлении территории Нагорного Карабаха статуса широкой автономии. Азербайджанская сторона постановку этого вопроса после второй карабахской войны считает утратившей актуальность и настаивает на признании этнических армян Нагорного Карабаха частью населения Азербайджана, обладающей равными правами с другими гражданами этого государства. Наблюдалось также стремление поучаствовать в карабахских делах со стороны западников – США, Франции, Евросоюза, что преследует цели потеснить Россию, закрепить за собой роль главного модератора в субрегионе, причем в обход формата Минской группы ОБСЕ.

Нагорный Карабах
© Lora Ohanessian, unsplash.com

Ситуация в Центральной Азии остается сложной. США в возрастающей степени стремятся противостоять влиянию России на всем постсоветском пространстве. Среди таких шагов – программа «Совершенствование правовой среды», финансируемая Агентством США по международному развитию, которая направлена на поощрение оппозиции в Казахстане, Киргизии, Таджикистане и Узбекистане. При этом Вашингтон не оставляет попыток добиться размещения американской военной базы в этой части Азии. Продолжается и ориентация США на матрицу проекта Большой Центральной Азии, предусматривающего интеграцию республик бывшей советской Средней Азии с Афганистаном и Пакистаном для создания некого «заслона» на китайских торговых путях в Европу и создания зон нестабильности в этом «мягком подбрюшье» России. Нельзя исключать, что и «резкий» уход США из Афганистана был мотивирован такой политикой Вашингтона.

Все страны Центральной Азии, и в особенности Казахстан, проводят «многовекторную внешнюю политику». Заметным стал визит президента этой страны в Анкару в мае, по итогам которого были подписаны совместное заявление о расширенном стратегическом партнерстве, меморандум о военно-техническом сотрудничестве, а также межправительственный протокол о сотрудничестве в области военной разведки. Продолжались шаги оппозиции – в марте имели место новые уличные выступления с популистскими требованиями немедленных реформ, сопровождаемые информационной кампанией в интернете. В преддверии Дня Победы в Казахстане активизировалась группа казахстанских националистов, выступающая в недружественном России духе на фоне СВО.

Неспокойна обстановка на границе Киргизии и Таджикистана, где регулярно случаются перестрелки и другие инциденты с участием военнослужащих. В апреле вспыхнули полномасштабные бои из-за спора вокруг водораспределительного пункта. В начале июня в Баткенской области вновь произошла перестрелка с применением минометов.

На политическое развитие стран Латинской Америки и Карибского бассейна (ЛАКБ) продолжали оказывать негативное воздействие такие факторы, как слабость демократических институтов, политизированные судебные системы, коррупционные скандалы и высокий уровень преступности и насилия, а также высокий уровень неравенства доходов. Социальная и политическая поляризация усилились. Страны региона продолжили восстановление экономики после пандемии, но рост политических рисков оказал негативное влияние на суверенные рейтинги ряда стран региона. Итоги выборов, прошедших там в последний период, были разновекторными, но в целом сопровождались дальнейшим вытеснением центристских сил в пользу более радикальных левых и правых кругов (при всей неоднородности, эклектичности и популизме соответствующих организаций). Согласно экспертным оценкам, ситуация в странах Латинской Америки чревата ростом внутриполитических противоречий.

В то же время ЛАКБ не остался в стороне от общих глобальных трендов, таких как регионализация. Так, на Саммите Америк в Лос-Анджелесе в июне наблюдалась рекордная неявка: из-за отказа США пригласить Кубу, Никарагуа и Венесуэлу в Саммите не участвовали лидеры Мексики, Боливии, Гондураса, Гватемалы и Сальвадора, а всего 11 стран участвовали на более низком уровне. Только обещанием проведения двусторонней встречи Байдену удалось уговорить приехать на Саммит президента Бразилии Болсонару. Стоит иметь в виду, что еще на IV Саммите Америк в 2005 был «похоронен» проект создания Вашингтоном Всеамериканской зоны свободной торговли (ALCA).

Латинская Америка
© Gonzalo Kenny, unsplash.com

В контексте актуальных глобальных проблем последнего времени можно выделить киберугрозы, учитывая, что после начала СВО на Украине Россия подверглась беспрецедентному количеству кибератак, которые фактически приняли масштабы кибервойны, причем с нарушением немногих имеющихся международных договоренностей в этой сфере. В ожидании ответных действий западные государства увеличивают финансирование программ киберзащиты, и все большая часть организаций частного сектора вовлекается в глобальную гонку кибервооружений. Ожидается, что высокотехнологичные государственные субъекты будут передавать свои наступательные кибертехнологии союзникам и прокси-операторам, что ускорит неконтролируемое распространение подобных технологий опасного характера.

Последние события в мире также деструктивно повлияли на эволюцию переговорного процесса по международной информационной безопасности. Активизировались инициативы, направленные на торпедирование приемлемой системы ее обеспечения. В частности, в ходе «саммита за демократию» США предложили создание «альянса за будущее Интернета» – как «альтернативного видению глобальной сети в качестве инструмента государственного контроля». Это, как считается, может быть расценено как попытка заложить основу для некоего цифрового альянса по типу НАТО, направленного против России и Китая как мощных интернет-держав со своей самостоятельной политикой. На фоне этого предлагаемые и предпринимаемые Российской Федерацией инициативы и усилия, направленные на поддержание инклюзивного диалога и равноправного международного сотрудничества с сохранением ключевой роли государств в принятии решений и центральной роли ООН как центральной переговорной площадки по вопросам международной информационной безопасности, имеют определяющее значение для дальнейшего переговорного процесса по всем аспектам данной проблематики.

* * *

Международные события последнего времени, отражают ускорение темпов тектонических изменений на мировой арене, наглядно демонстрируют чрезвычайно острое усиление борьбы двух кардинально противостоящих тенденций: охранительный – стремления Запада сохранить свое доминирование в глобальной политике, экономике и финансах, и трансформационный – демократизации международных отношений в соответствии, в том числе, с императивами культурно-цивилизационного многообразия мира с его множественностью ценностных систем и моделей развития и опорой на универсальные международно-правовые инструменты. Совокупность современных трендов объективно «голосует» в пользу движения в сторону полицентричной системы координат мировой политики на инклюзивной и равноправной основе, включая взаимный учет интересов государств, как единственно способной обеспечить человечеству реальную безопасность и процветание перед лицом совокупности новых угроз и вызовов всему человечеству, таких как деградация окружающей среды и изменение климата. По сути, новой глобальной повестке дня противостоит старая, отсылающая к прошлому и идеологическим и иным предрассудкам западных элит, их корыстным интересам.

Ректор Дипломатической академии МИД России,
чрезвычайный и полномочный посол РФ в Великобритании (2011-2019) Александр Яковенко.