«К нам едет ревизор!» - крылатая фраза из гоголевской пьесы ёмко и образно передает смысл задач, возложенных на Всесоюзную комиссию по запасам полезных ископаемых (ВКЗ). Созданная в 1927 году организация должна была обеспечить объективную оценку залежей минерального сырья для действующих, реконструируемых и строящихся промышленных предприятий и экспертизу запасов для проектируемых объектов.
Вопрос важный и ответственный. Настолько, что комиссия, которая изначально входила в состав Главного геолого-гидрогеодезическоого управления, была передана в подчинение непосредственно наркому тяжелой промышленности.
Советские геологи за предвоенные годы сумели создать мощную минерально-сырьевую базу страны. Но с началом Великой Отечественной войны необходимость в ресурсах многократно возросла. Поэтому главной целью наших специалистов стало ускоренное расширение имеющегося потенциала.
Однако как можно было существенно продвинуться в строительстве новых горнодобывающих предприятий, если запасы делились по примитивным категориям: «достоверные, вероятные и возможные»? «Ревизорам» надлежало не только организовать обязательную оценку и жесткий контроль над достоверностью подсчета, но и разработать единую систему учета, которая бы включала классификацию запасов и методологию подсчета.
Решения ВКЗ приобрели силу закона, обязательного для всех ведомств и организаций. Помимо непосредственных задач, они регламентировали вопросы финансирования – теперь промышленное назначение категорий запасов определяло право хозяйствующих субъектов на получение бюджетных средств для проведения геологоразведочных работ и последующее строительства. Комиссия как высший государственный экспертный орган брала на себя важнейшую народнохозяйственную функцию, но и несла полную ответственность за возврат государственных вложений.
Должность, где вероятность ошибки невероятно высока, и возложенная ответственность зашкаливает, принято называть "расстрельной". Кто в самые сложные годы мог возглавить комиссию? Только геолог с безукоризненными авторитетом, опытом и самообладанием.
В августе 1942 года правительство СССР на пост председателя ВКЗ назначило Павла Татаринова. Через его руки прошли тысячи отчетов. Вот лишь некоторые из результатов работы комиссии под началом ученого.
Был проведен подсчет всей нефти на Бакинских промыслах, что дало возможность упорядочить учет запасов в недрах Азербайджанской ССР. Предпосылкой этому стал тот факт, что в 1942 году добыча всех видов топлива сократилась по сравнению с 1941 годом более чем в 2 раза. Необходимо было понять, сколько мы теряем, и как можем это восполнить. В связи с ухудшением военной обстановки на южных участках фронта начался демонтаж оборудования на промыслах Майкопа, Грозного и Баку для перевозки в восточные районы страны.
Татаринов одобрил развертывание геологоразведочных работ в Казахстане, Средней Азии и, особенно, в Волго-Уральском районе. В 1943 году доля Куйбышевской области в общесоюзной добыче нефти возросла по сравнению с 1941 годом более чем в 3 раза, доля республик Средней Азии – почти в 2 раза.
В одном из отчетов комиссии говорилось, что «Наркомуголь СССР обратился в ВКЗ с просьбой об организации выездной сессии в угленосных районах Урала с целью оказания помощи местным организациям в деле увеличения угледобычи на Урале. Немедленно в Кизеловском районе была созвана конференция всех геологов, горняков и руководителей промышленных организаций, где обсуждались как геологические вопросы, так и вопросы шахтного строительства».
В итоге уже в 1943 году на Урале – в Кизеловском угольном бассейне, Коркинском и Копейском горнопромышленных районах – добыча возросла в 2 раза по сравнению с довоенными показателями.
Четырехлетняя работа Татаринова на посту председателя Комиссии по запасам была крайне плодотворна в повышении научного уровня поисковых и разведочных работ и обеспечении минеральными ресурсами оборонной промышленности страны.
Лишь в 1946 году, с наступлением мирного времени, Павел Михайлович смог вернуться к своим довоенным обязанностям – исследовательской работе и преподаванию.
Павел Татаринов родился в 1895 году в городе Трубчевске Орловской губернии. После окончания реального училища юноша поступил в Петербургский горный институт на геологоразведочный факультет. На старших курсах он участвовал в геологических партиях под руководством академика Николая Андрусова (директора Геологического и минералогического музея Академии наук СССР), профессора Василия Никитина (директора Горного института в 1917-1918 годы) и профессора Александра Заварицкого (основоположника новой научной ветви петрохимии и будущего академика АН СССР). Работа под началом ученых такого масштаба заложила принципы и направления для последующей научной деятельности Павла Михайловича.
Как и многие студенты того времени, Татаринов окончил курс Горного института с большим перерывом. Но времени даром не терял. К моменту получения диплома в 1925 году он уже более года работал научным сотрудником в старейшем геологическом учреждении нашей страны – Геолкоме (ВСЕГЕИ) и ассистентом кафедры геологии Института инженеров путей сообщения. Через 5 лет молодой человек получил должность доцента в своей альма-матер и больше уже никогда не покидал ее стен.
Научная и педагогическая карьеры развивались синхронно. К началу ВОВ Татаринов успел стать начальником отдела неметаллических полезных ископаемых и первым замом директора во ВСЕГЕИ, и одновременно возглавить кафедру геологии в Горном институте, где он написал и опубликовал легендарный «Курс нерудных месторождений».
Хорошей иллюстрацией к портрету ученого являются воспоминания выпускника ЛГИ, профессора Павла Строна:
«Экзамены у Татаринова всегда были тяжелым испытанием для студентов, для многих сопровождающиеся неприятностями. Однажды уже сдавшие экзамен студенты увидели, как в коридоре их кафедры «парится» следующий поток. Из дверей кабинета вылетает взъерошенная и радостная девица. «Ну что?» – спрашивают ее студенты. И в ответ с восторгом в голосе она отвечает: «Двойка! Но как он спрашивает!!!»
Круг исследовательских интересов Павла Михайловича был сосредоточен на комплексе полезных ископаемых, связанным с гипербазитами, фундаментальных исследованиях по хромитам, а также разработке методики разведки и подсчета запасов различных видов минерального сырья. Но любимым детищем всегда оставались месторождения хризотил-асбеста, и особенно Баженовское месторождение, которым он занимался до последних дней жизни.
Впервые он оказался там в 1925 году, когда руководил геологической съемкой Баженовского района. По результатам изысканий молодой ученый пришел к выводу, что все асбестовые разрезы в районе принадлежат к одному месторождению - Баженовскому. В последний раз он посетил его в 1972 году в возрасте 76 лет!
Татариновым были опубликованы ряд научных изданий на данную тему, венцом которых стала монография «Месторождения хризотил-асбеста СССР». В ней впервые были сформированы и научно обоснованы поисковые критерии на хризотил-асбест, а также разработана классификацию месторождений. Выявленные автором условия образования и закономерности размещения стали основой для создания крупнейшей в мире сырьевой базы минерала. Павла Михайловича справедливо считают одним из ее создателей. Разведанные запасы Баженовского месторождения на 2024 год составили 76 миллион тонн хризотил-асбестового волокна.
За большие заслуги в области познания закономерностей формирования и размещения полезных ископаемых геолог в 1953 году был избран членом-корреспондентом Академии наук СССР.
В 1954 году он включился в разработку нового научного направления в исследовании рудоносности - металлогенического анализа. Татаринов возглавил эту тему во ВСЕГЕИ и инициировал включение курса основ металлогении в учебные планы профильных вузов страны. Он выпустил один из первых обобщающих трудов - «Основные принципы металлогенического анализа» и стал ответственным редактором первой Металлогенической карты СССР масштаба 1:2 500 000 и «Карты полезных ископаемых мира».
Спустя несколько лет профессор выступил на Первом металлогеническом совещании в Алма-Ате с докладом «О принципах и методике составления металлогенических карт». Этот день стал притчей во языцех. Причем широкую известность получили как изложенные в нем идеи металлогенистов ВСЕГЕИ, так и последующий за выступлением «бой с открытым забралом». Ученому пришлось отстаивать научное лицо крупного коллектива, так как на озвученные мысли с резкой критикой неожиданно обрушился министр геологии СССР и представитель московской научной школы геологов Петр Антропов. И эта битва была выиграна Татариновым блестяще!
В 1962 году Павла Михайловича избрали президентом старейшего научного общества СССР - Всесоюзного минералогического общества. Он стал признанным лидером отечественной школы геологов-нерудников, при этом всегда подчеркивая в своих достижениях роль наставников - профессоров Ленинградского горного института.
«Если я и сумел что-то сделать, то потому, что я стоял на плечах титанов», - сказал он однажды, перефразировав известное изречение Ньютона.
В начале 1970-х он вместе со своими немногими дожившими до того времени однокашниками дали друг другу шутливо-торжественное обещание дожить до 200-летия Горного и встретиться на юбилее. Эту клятву доктор наук Павел Михайлович Татаринов сдержал. Он умер в 1976 году. Спустя почти 40 лет, в 2015 году, на Баженовском месторождении был обнаружен новый минерал IMA 2015-055, который в память о Павле Михайловиче назвали татариновитом.
