Более 200 представителей сферы образования со всей страны собрались в Санкт-Петербургском горном университете императрицы Екатерины II рамках Всероссийского форума учителей физики. В мероприятии приняли участие преподаватели, методисты, ученые и представители системы образования.
Важно и закономерно, что дискуссия относительно школьной подготовки по данной дисциплине прошла в стенах первого технического вуза страны.
Во-первых, имеет значение исторический аспект. Именно в городе на Неве ровно 260 лет назад «физика» начала преподаваться как самостоятельный учебный предмет - по уставу 1766 года она появилась в расписании кадетских корпусов. А спустя еще 100 лет однокурсник Дмитрия Менделеева и профессор Петербургского горного института Константин Краевич написал «Учебник физики» для гимназий и училищ, ставший самым распространенным в Российской империи и выдержавший 27 изданий.
Во-вторых, в рамках концепции бесшовного образования решать проблемы подготовки школьников следует в обязательной связке с высшими учебными заведениями. Ректор и профессора Горного университета входят в состав Совета Министерства просвещения РФ по федеральным государственным образовательным стандартам.
Еще несколько лет назад интерес молодых людей к важнейшей для понимания материального мира учебной дисциплине дошел до критический точки. В 2023 году ее выбрали в качестве дополнительного предмета на ЕГЭ всего 91 095, или 14%. Сегодня академическое сообщество констатирует постепенное возрождение увлеченности физикой. Например, в 2026 году этот показатель увеличился до 146 500 человек. Однако насколько стабилен этот рост, зависит от того, на что он опирается.
В интервью «Форпосту» лауреат конкурса «Учитель года России» и победитель федерального проекта «Классная тема!», организованного по поручению Президента РФ Владимира Путина Минпросвещением РФ и телеканалом «Россия», Аслан Кашежев рассказал о том, как повысить интерес школьников к точным наукам и где учат лучших учителей по физике.
Аслан Зарифович работает учителем физики и астрономии в Лицее №2 городского округа Нальчик.
- Многим детям нравится физика на уровне младших классов, но в процессе обучения они зачастую теряют к ней интерес. Почему так происходит?
- Формулы школьного курсы физики можно уместить на одном листе А4. С какими же трудностями сталкиваются дети, когда не могут решить элементарные задачи? В 1-4 классе они с азартом делают эксперименты и смотрят научно-популярные мультсериалы - «Фиксики» или «Смешарики. ПинКод», прицельно посвященные нобелевским открытиям. К 7-8 классу их вовлеченность начинает снижаться, в 9-ом - желание пропадает, в 10-ом - «А зачем мне вообще нужна физика», в 11-ом – «Я не будут сдавать ЕГЭ по этому предмету! Зачем напрягаться, когда есть Обществознание». Что происходит на данном отрезке? Это одна из ключевых проблем, с которой сталкиваются большинство учителей и родителей.
В основе любой научной идеи лежат любопытство и удивление. Очень важно, чтобы педагоги смогли их сохранить. Если вы будете задавать «вопросики», то будете получать «ответики». А если вы хотите получать ответы, то вопросы нужно ставить правильно. Чтобы ответить даже на самые простые вопросы, нам приходится прикладывать определенные усилия. «Ни одна проблема не может быть решена на том уровне, на котором она возникла. Нужно стать выше этой проблемы, поднявшись на следующий уровень», - известная цитата Энштейна.
- Что должен ответить учитель на вопрос ученика: «Зачем мне нужна физика?»
- Этот вопрос пришел к нам после развала СССР. Раньше подобные вопросы у подрастающего поколения не возникали. Ты учился потому, что надо, и не думал о том, где ты это применишь, потому что тебе гарантировали возможность применения знаний через механизм распределения. В современной России за эту возможность надо бороться. Работодатель в первую очередь смотрит то, что ты умеешь делать, а не то, какой у тебя диплом. Компонента знаний ушла на второй план по сравнению с компетенциями. К сожалению, в настоящее время все чаще мы видим, что молодежь не хочет трудиться. Дело не в какой-то конкретной сфере или заработной платы. Их в принципе не устраивает необходимость что-то делать. Потому что в социальных сетях ребята видят, как бездельники лежат на Бали и ничего не делают. Они не объясняют, что это постановочные кадры на 30 секунд, а в остальное время им приходится мыть посуду или развозить заказы на велосипеде. Детям дают красивую картинку. И те мгновенно реагируют: «Я тоже так хочу».
- Какой выход из ситуации?
- Такие вопросы я не рассматриваю абстрактно, а перевожу на живую ситуацию: «Ты футболист. Давай разберем, как физика может тебе помочь». Вот тебе законы Ньютона, закон Магнуса, механика полета, аэродинамические силы и так далее. Физика чем хороша? С ее помощью мы практически все можем объяснить.
- Ваш рецепт возрождения интереса у школьников.
- В первую очередь, это внимание со стороны государства к технической сфере. Популяризация и прагматическая заинтересованность. Когда акцент в государственной политике был сделан на технологическом суверенитете и независимости, стал очевидным серьезный провал с точки зрения подготовки специалистов, необходимых для наукоемкой промышленности. Не только государственные, но и коммерческие компании столкнулись с дефицитом кадров. Внимание к физике, к технике, к химии, к инженерным наукам стало неизбежно возобновляться.
Необходимо продолжать государственное давление на образование в области инженерных и естественнонаучных наук. Если государство ослабит хватку, дети будут расходиться по тем направлениям, где легче учиться. Когда одиннадцатиклассник говорит: «Не буду сдавать физику, потому что есть более легкие способы закончить школу, получить медаль и высокие баллы, стать студентом вуза в Москве или Санкт-Петербурге», он должен слышать ответ: «Нам нужны инженеры везде, в каждом регионе, на каждом предприятии, заводе и проектном бюро, и мы готовы гарантировать работу». Тогда это будет оправдано, молодежь будет знать, что нужна своей стране.
Второй фактор - семья. Родители современных школьников - это дети девяностых. В силу обстоятельств они привыкли к тому, что самое главное — это финансовый успех, причем бизнес и результат необходимы здесь и сейчас. А в науке ты не всегда приходишь к финансовому успеху быстро. В науке деньги, в том числе грантовая поддержка и стипендии на самом высоком уровне, например, Президента РФ, либо небольшие, либо целевые, либо приходят с большим лагом. Родители не понимают трек, по которому ты будешь физиком-инженером и добьешься успеха через 10—15 лет.
Необходимо на уровне родительского сообщества через информационную политику показывать, что страна развивается. Кто-то ругает Россию, говорит, что сегодня здесь ничего принципиально не создается. Но вся газовая и нефтяная промышленность — это чисто российские продукты. Это не остатки советского прошлого, а совершенно независимая, новая надстройка.
Третий фактор - учителя. Детям всегда интересно познавать мир. Их вопросы с каждым годом становятся все сложнее. Что такое черная дыра и темная материя, как работает андронный коллайдер? Поэтому учителям важно развиваться самим, быть в курсе новых знаний, помогать молодым коллегам через наставничество, не закостеневать с формулировкой «Для кого я преподаю, они все равно меня не слушают». Это саморазвитие, курсы повышения квалификации, участие в профильных форумах, чтобы, как сегодня, приехать в Горный университет и своими глазами увидеть то, куда дети могут пойти при отличной подготовке.
- Как вы оцениваете уровень педагогических кадров в школах?
- Согласно официальной статистики, в 2026 году заявлений в педвузы стало на 35% больше, чем в прошлом году. Большой конкурс на многие позиции учительских дисциплин, особенно в федеральных центрах. Однако по факту учителей-предметников, в частности, физиков, эта волна не захлестнула. Зайдите в любую школу, кого вы увидите? Советский ресурс еще держится, за что ему большое спасибо. И молодые учителя. Середины нет. Тех, кому 30—50 лет и кто по идее должен быть основным костяком, не так много.
В Советском Союзе личностная мотивация хорошо описывалась словом «жилье». Окончил институт, тебе давали комнату, потом квартиру, живи, занимайся наукой, образованием. Сделайте такую программу, и люди пойдут преподавать физику, химию, биологию. Дайте социальные гарантии. Неважно, сколько жилье будет стоить, неважно, где оно будет находиться. «Дайте землю крестьянам!», - вот лозунг, который менял страны.
Безусловно, это вопрос комплексный. Профессия – это призвание. Но что сегодня есть у учителя? После 25 лет получаешь «Ветерана труда» с ежемесячной выплатой в 1,2 тысячи рублей.
- Кто должен учить учителя физики?
- Вопрос очень сложный. Разговор ведется не первый десяток лет. Педагог — это педагогика, психология. Физика — это формулы, знания, гипотезы. Редко, когда хороший учитель действительно понимает физику. Он не готовится к ЕГЭ по дисциплине, и прощается с ней в десятом-одиннадцатом классе. В педвузе получает квалификацию педагога, и за время обучения этот разрыв еще больше увеличивается. Но еще реже хороший физик умеет объяснять. Для общения с юным возрастом необходимо владеть специальным навыком, понимать их язык. Это очень тонкая, серьезная подстройка. По той же причине не все университетские преподаватели могут работать в школе.
Когда я заканчивал факультет физики Кабардино-Балкарского государственного университета, к основной программе у меня была дополнительная квалификация «Преподаватель в школе».
Я солидарен с мнением, что учителя физики должен готовить физик, «вооруженный» этой самой дополнительной педагогической компетенцией. Мне импонирует решение Горного университета, о котором на форуме объявил ректор вуза Владимир Литвиненко, по подготовке школьных учителей физики и химии из числа студентов технических специальностей. По завершении обучения, помимо основного диплома, выпускники получат второй диплом — педагога-предметника.
Кроме того, имеет значение чистая прагматика. С дипломом о получении высшего образования в области физики, количество дверей, куда ты можешь зайти, кратно больше, чем если у тебя диплом об окончании педвуза.
Конкретный пример. Я учился в физмат-классе. Большинство из моих одноклассников не стали кандидатами наук, никто кроме меня не пошел в школу. Но все они находятся в своих сферах на самых высших постах, потому что получили особое мышление и мировоззрение. Они понимают причинно-следственные связи, поэтому решение какой бы то ни было задачи не составляет для них труда. Условно они вместо «массы» и «объёма» подставляют другие параметры и получают на той же формуле верный результат.
- Как Вы оцениваете уровень знаний современных школьников?
- Школа не может рассматриваться отдельно от среды. Бессмысленно сравнивать конец девяностых, двухтысячные и сегодняшний день. Например, после пандемии в образовательный процесс прочно зашло дистанционное обучение. Оно появилось не потому, что нас заставили, а потому что другого не было. На выходе мы получили детей с особой психологией, которые привыкли получать знания исключительно через экран.
Сегодня пришел искусственный интеллект, принесший еще большие перемены. В 2023 году Нобелевская премия по физике была дана за искусственный интеллект. Это не хорошо и не плохо, просто факт со своими вытекающими. Неслучайно большие компании перестали доверять любым материалам, написанным после 2022 года. Они массово оцифровывают бумажные издания в библиотеках и закидывают их в базы данных. Так как нет никакой гарантии того, что текст не сгенерирован. Доходит до абсурда: в Ватикане католики возмутились, что священники читают проповеди, написанные ИИ и не относящиеся к священным текстам. Понимаете, до чего дошло? Поэтому сравнивать подготовку детей из разных эпох невозможно. Просто сделаем все, чтобы наши современники получили свой максимум.
***
Вопрос о сферах с острым дефицитом в технических и естественнонаучных кадрах, Алсан Зарифович предложил переадресовать непосредственным интересантам – научных институтам, промышленным предприятиями, вузам.
На него в рамках своей открытой лекции ответил руководитель Объединенного института ядерных исследований, академик РАН Григорий Трубников:
- В настоящее время в нашей стране параллельно создается сразу несколько крупных установок «Megascience» - это коллайдер NICA в Дубне, реактор «ПИК» в Гатчине, уникальный синхротрон «USSR-4» в Протвино. Недавно президент России Владимир Путин запустил Сибирский Кольцевой источник Фотонов (СКИФ) в Новосибирске. Когда я летел на съезд ученых-физиков в Сочи, то читал новости и статьи о том, что нас «опережают» Китай, Америка и Европа. Но если пересчитать на душу населения, то получается, что более всего современных мега-установок для фундаментальных исследований находится именно в России. Этим необходимо гордиться и рассказывать в школах, в университетах и СМИ. Каждая такая установка – это дорогое удовольствие. Например, бюджет коллайдера NICA приравнивается к 40 миллиардам рублей. Страна, которая находится в сложнейших геополитических условиях, может себе позволить одновременное строительство нескольких таких объектов ради изучения литосферы, ионосферы и других изысканий. Понятно, что каждая такая установка –гигантский интеллектуальный магнит для талантливой молодежи – школьников и студентов. Это гигантский импульс для подъема национальной экономики и престиж для страны, потому что только крупная и суверенная держава может позволить себе вкладывать в исследовательскую инфраструктуру такого уровня «в долгую».
