В Северной столице завершено разбирательство о расправе над артистом.
В пятницу, 21 ноября, Смольнинский районный суд Петербурга приговорил вдову рэпера Энди Картрайта (настоящее имя — Александр Юшко) Марину Кохал к 12,5 года колонии по делу об убийстве и расчленении мужа. Об этому «Форпосту» сообщили в объединённой пресс-службе судов города.
Суд установил, что в июле 2020 года Кохал решила избавиться от супруга и для этого купила в аптеке инсулин короткого действия, который ввела ему обманом — место укола на его теле найти не удалось. Так как мужчина не страдал от диабета, препарат оказался для него смертельным. Когда ему стало плохо, женщина не вызвала скорую — в результате музыкант скончался.
После смерти мужа Кохал распилила его тело ножовкой и ножом на 15 частей, чтобы скрыть следы преступления. Также она постирала его внутренние органы, а часть — уничтожила. Как именно она избавилась от них, следствие установить не смогло. Фигурантка отрицала свою вину.
Суд признал вдову музыканта виновной по 105 и 244 статьям УК РФ (убийство; надругательство над телами умерших). При этом 244-я исключена судом как излишне вменённая. За расправу над супругом Кохал приговорили к 12,5 года колонии общего режима. Её взяли под стражу в зале суда.
Напомним, летом 2020 года в квартире на Невском проспекте нашли расчленённое тело рэпера Энди Картрайта. Его жена утверждала, что обнаружила его уже мёртвым — по её версии, он умер от передозировки наркотиков. По её словам, избавиться от останков она решила, чтобы избежать дурной посмертной славы для своего мужа.
Следствие провело четыре экспертизы, но так и не смогло точно установить точную причину смерти музыканта. Результаты исследований показали, что в организме артиста было несколько видов наркотиков, но утверждать, что именно они привели к гибели, эксперты не стали.
Марина Кохал провела в СИЗО больше года. В октябре 2021-го её перевели под домашний арест, а в августе 2024-го — под запрет определённых действий.
В конце октября прокуратура запросила для вдовы Картрайта 13 лет колонии общего режима. При этом ведомство попросило освободить её от ответственности за расчленение мужа в связи с истечением срока давности преступления.