Перейти к основному содержанию

Археолог Бутягин заявил о нестыковках в документах о его экстрадиции

Александр Бутягин в Праге
© Александр Бутягин в Праге 2 декабря / Личная страница ВК

Учёный из Северной столицы рассказал о своём задержании в европейском государстве.

В понедельник, 25 мая, стало известно, что освобождённый из польской тюрьмы российский археолог и сотрудник Государственного Эрмитажа Александр Бутягин заявил о нестыковках в документах о его экстрадиции на Украину по обвинению в якобы незаконных раскопках в Крыму. Об этом он сообщил РИА «Новости».

«Документы о моей выдаче Украине, которые мне представили в период содержания под арестом в польской тюрьме, были плохо подготовлены. Даже я, не будучи профессионалом в этой сфере, обнаружил массу нестыковок. По оценке адвокатов, многое можно было бы с легкостью опровергнуть», — отметил учёный.

По мнению Бутягина, подобная ситуация могла быть обусловлена расчётом на его высылку в соседнее с РФ государство, где он бы признал все обвинения. Археолог добавил, что они могли быть вызваны тем, что задержание по запросу Украины произошло именно в Польше, которая «очень большой друг Украины». Он предположил, что расчёт мог быть на то, что «никто не будет особо вникать документы» о его выдаче.

Отметим, Бутягина задержали в Польше в минувшем декабре и арестовали. Киев добивался экстрадиции учёного, где ему грозило до пяти лет лишения свободы по 298 статье УК Украины (умышленное незаконное уничтожение, разрушение или повреждение объекта культурного наследия, совершённое с целью поиска движимых предметов, происходящих из объектов археологического наследия). Речь шла о раскопках в Крыму в 2014 году.

МИД РФ выразил решительный протест послу Польши в связи с задержанием учёного. Суд в Варшаве в минувшем марте удовлетворил запрос об экстрадиции Бутягина на Украину, однако позднее стало известно, что Польша в рамках обмена с Белоруссией освободила Бутягина.

Напомним, археолог прибыл в Петербург в начале мая. Сторонники Бутягина рассказывали, что польские, итальянские и французские коллеги учёного подписывали открытые письма в его защиту и были готовы выступить гарантами перед судом.