Золотые имена России

В невероятно далеком 1685-ом Людовик XIV подписал в Фонтенбло эдикт об отмене Нантского эдикта. Свобода вероисповедания, данная гугенотам с легкой руки Генриха Наварского, была ликвидирована. Дворяне-протестанты потянулись в Россию. Одним из них был Жорж, потом Егор, де Марни. Здесь он командовал Выборгским полком, был комендантом Выборгской крепости, но самое главное, стал отцом еще одного Егора. Егора-Барбота (это второе имя) де Марни, ставшего родоначальником фантастической династии.

В ночь с 24 на 25 октября 1917 года в Зимнем дворце было арестовано Временное правительство. Строки Владимира Маяковского об этом событии знает каждый школьник: «Которые тут временные? Слазь! Кончилось ваше время». Одним из тринадцати членов правительства, «визжавших», по мнению пролетарского поэта, « Сдаваться! Сдаваться!», был Петр Пальчинский. Кстати, по совместительству еще и начальник обороны дворца, в котором «…каждой лестницы, каждый выступ брали, перешагивая через юнкеров».

Несмотря на то, что китайский философ Конфуций еще в 600 году до нашей эры описал скважины для добычи воды и соляных растворов, вплоть до середины XIX столетия они повсеместно сооружались самыми примитивными способами.

В феврале 2011 года Дмитрий Медведев, который на тот момент занимал пост президента Российской Федерации, наградил экс-министра геологии СССР Евгения Козловского почётной грамотой «за заслуги в области образования и многолетнюю плодотворную работу». Однако тот отказался принять её. Такая неожиданная реакция вызвала, мягко сказать, удивление. Своё решение Евгений Александрович объяснил тем, что руководство страны не выполняет свою задачу по восполнению ресурсной базы. Словом, положение в отечественной геологии не располагает к празднику.

На пожелтевшей от времени фотографии горноспасательной артели Донецкого бассейна невозможно разобрать лица – почти все герои снимка стоят в громоздких респираторах. Они даже не догадываются, что совсем скоро почти никого из них не останется в живых, включая начальника – молодого горного инженера и ученого Николая Черницына, который до последнего пытался извлечь из шахты уже бездыханные тела своих подчиненных …

В 1939 году был проведен любопытный эксперимент: трех аспирантов горного профиля назначили директорами Ленинградского, Свердловского и Днепропетровского институтов. В город на Неве попал Дмитрий Емельянов. Сложно представить, с каким недоверием и подозрительностью встретило академическое сообщество старейшего технического вуза страны нового главу… У маститых ученых было как минимум три причины с огромным скепсисом относиться к этому назначению.

В следующем году исполнится 30 лет с момента подписания исторического документа о дружбе, добрососедстве и сотрудничестве, который узаконил отношения России и Белоруссии после распада Советского Союза. Москва и Минск долгие годы взаимодействовали, опираясь на этот договор, который предусматривал среди прочего взаимодействие в области фундаментальных и прикладных наук – совместные промышленные исследования, обмен учеными и подготовку кадров.

Самый популярный фильм 1950-х годов «Весна на Заречной улице» собрал более 30 млн зрителей в кинопрокате СССР. И хотя картина скоро отпразднует 70 лет, все помнят своенравного металлурга Сашу Савченко в исполнении Николая Рыбникова, песню «Горят мартеновские печи, и день и ночь горят они», мгновенно ставшую гимном сталеваров, и крупный металлургический комбинат, где разворачиваются события.

Так вышло, что ученый, написавший первую масштабную и основополагающую монографию по обогащению полезных ископаемых на русском языке, окончил свою жизнь в Мексике. Биография Ивана Корзухина полна неожиданностей, и это лишь один из ее резких поворотов.

«Моя автобиография представляет общественный интерес, прежде всего, с той стороны, что мне удалось решить вопрос, занимавший умы десятков, а может быть и сотен и тысяч, людей в продолжение 150 лет, и решить его средствами, доступными школьнику 5-го класса. Я додумался до гидравлической теории печей. Со времени Михаила Васильевича Ломоносова (1745 год) в этой области не было сказано ни одного разумного слова», - писал в конце жизни металлург Владимир Грум-Гржимайло. В чем же заключалось это достижение, и что оно значило для России?